На следующий день прибежала, язык на плечо, на результаты поглядеть. А результаты такие. У Педро и Просто Марии лица стали цветом что тот пресловутый доллар, который в обморок упал. Оба за головы держатся и в унисон стонут: «Ой, что вчера пили? Ой, что вчера было? Ничего не помним! Надо было столько на грудь принять!»
«Что-то не то получилось, – с досадой подумала злодейка. – Но может для начала так и надо? Посмотрим, что будет дальше».
А дальше ничего и не было. То есть подопытные отделались небольшой амнезией, начисто забыв, что же произошло в тот злополучный вечер. Оно и понятно, какая нынче мелодрама без амнезии. Кстати, ничего потустороннего в подобном форс-мажоре нет. Теряют же люди память при сотрясении головного мозга, например.
Разъяренная интриганка накатала Анне Сирин послание, где понесла мага и целительницу по всем кочкам ее колдовского болота, а также требовала вернуть деньги и ещё приплатить за моральный ущерб. Однако месяц почти прошел, а чародейка всё хранила таинственное молчание.
Зато Просто Мария ни с того ни с сего закатила Дону Педро грандиозную истерику. «Я беременна! – кричала она, – а всё ты, ты! Я давно подозревала, что в тот вечер ты воспользовался моим беспомощным положением – и вот результа-а-ат… Подлец! А-а-а! У-у-у!»
Сам-то парень с удовольствием припомнил бы факт соблазнения. Но, что обидно, как ни напрягал память, злополучный вечер зиял черным провалом.
Тут вмещалась Дикая Роза: «Дура! Да от мужа ты беременна! Просто обнаружила поздно!»
«Не-е-ет! – заливалась слезами Просто Мария. – Мы с мужем пять лет прожили, а детей не было. Из-за этого и разошли-и-ись! О-о-о! Ы-ы-ы!»
«Да ты сходи хоть к врачу проверься, истеричка!» От столь пикантного поворота событий Розка бесновалась так, что было не понятно, кто здесь истеричка на самом деле.
Легко сказать – сходи к врачу! В больнице Просто Марию категорически отказывались записывать на приём, поскольку потенциальная мамаша не могла предъявить медицинский полис местного образца. Для посещения же кабинета частного врача, как известно, требуется наличие энной суммы денег, которые у Просто Марии начисто отсутствовали.
Дело в том, что на приличную работу не нашу Машу брать не хотели опять же по причине отсутствия прописки, а на абы какую она и сама не рвалась. От дензнаков, которые подсовывал гипотетический отец гипотетического ребенка опять же гипотетическая мать отнекивалась – гордая очень, как и подобает классической Просто Марии.
Видя, что у влюбленного Дона Педро крышу совсем снесло, и он, как честный человек, вот-вот потащит Просто Марию под венец, коварная Дикая Роза решила пойти ва-банк.
«Это вы с Машкой ничего не помните, потому что напились в тот вечер, как сопливые подростки на дискотеке, – нагло заявила она Дону Педро. – Я же, как приличная девушка, лишь чуть-чуть пригубила. Поэтому точно знаю, как дело было. Так вот, слушай. Не было у тебя с Маруськой ничего, однозначно. И про беременность она всё врет. А вот у нас с тобой, дорогой, случилась незабываемая ночь! О, ты был супер! После такой ночи я не могла не забеременеть. И чувствую, милый, что это двойня»…
«Не верю! – темпераментно, как Станиславский на генеральной репетиции, возопил Дон Педро. Но тут же попытался взять себя в руки: – Спокойно, Петя! Это ещё не самый тяжелый случай».
И накликал. Зловредный случай пожелал стать ещё более тяжелым.
Приехал муж Просто Марии. С намерением вернуть беглую супругу в лоно семьи. Но, увидев, что она беззастенчиво проживает под одним потолком с одиноким молодым мужчиной, мгновенно про благородное намерение забыл. Его монолог по поводу открывшейся ситуации приводить здесь нет смысла – всё равно цензура не пропустит. В самый разгар обличительной речи мнимого рогоносца на пороге появилась зловредная Розка.
«Как вам не стыдно! Так оскорблять беременную женщину!» – с наслаждением подставила она свою соперницу.
«Она ещё и беременная!» – тут благоверный на бедную Машу с кулаками кинулся.
Ну, Дон Педро возлюбленную, как водится, своей широкой грудью закрыл. Похоже, в их доме это уже становилось традицией. А беспутная Розка и вовсе на Машином муже с видимым удовольствием повисла, якобы блокируя его боевые конечности. Да так и зависла там, как компьютер перегруженный.
Тут Дон Педро Дикую Розу, аромат которой только что на дух не переносил, к пришельцу взревновал.
«Дорогая, – вразумлял он, отдирая эту липучку от чужого мужа. – Тебе вредно волноваться. Это может плохо отразиться на здоровье наших будущих близнецов».
«Да у вас здесь целый притон! – воскликнул муж Марии. – Куда я попал!»
И кинулся спасаться бегством из гнезда разврата, на прощание так хлопнув дверью, что с кухонного стола свалилась моя кошка, уже под шумок умявшая котлеты и принявшаяся за соленые огурцы, который милосердный Дон Педро купил для всех беременных.
Просто Мария, как и положено трепетной натуре, прорыдала всю ночь. На другой день она заложила в ломбард распоследнее колечко и пошла-таки, наконец, к частному врачу.
