— Мужики, только пока мы оружие кладем, не стреляйте, лады? — говорил Шелест, кладя Абакан на землю. На самом деле сдаваться мы не собирались, надо просто было породить в противниках уверенность в том, что мы не боеспособны.
— Быстрее, — сказал, по-видимому, командир «фрименов». По крайней мере нашивки сержанта я заметил только у него.
Я уже сбросил все оружие, кроме пистолета М9. Подняв взгляд на противников, я увидел, что они смотрят в сторону Шелеста. Что ж, тем лучше. Сначала надо попытаться избавиться от их командира, это несколько увеличит наши шансы на победу. Но едва я дотянулся до кобуры, как тут же начало происходить что-то странное.
Командир свободовцев сморщился и свалился на пол, хватаясь руками за голову, шипя и издавая стоны. Спустя несколько секунд сквозь шипение он едва слышно выдавил:
— Контролер!
Почти сразу же остальные бойцы почувствовали пси-удар, и, роняя оружие, повторяли действия командира.
Мы с шелестом удивленно переглянулись — на нас ничего не действовало! Либо контролер нас еще не учуял, либо мы уже были безмозглыми зомби, и испытывали различные галлюцинации. В последнее верить мне очень не хотелось, поэтому мы стали действовать.
Надев шлемы от наших «Булатов», мы схватили МР-5 и несколькими очередями навсегда успокоили корчившихся свободовцев.
Приближаясь к двери, я надел лицевую маску от шлема, то же сделал и Шелест. Сам по себе шлем в теории давал неплохую защиту от пси-излучения, но с маской она была явно лучше. Закончив экипироваться, мы осторожно направились к выходу, держа МР-шки наготове.
Я первый высунулся в проход, и, увидев фигуру, уже готов был стрелять, но это оказался не контролер. На меня смотрели голубые глаза… Ани.
— Ты что здесь делаешь?! — я точно видел ее перед собой, но я знал, что некоторые мутанты способны с помощью телепатии создать образ человека, о котором ты думал или думаешь. Причем если он никак не может находиться здесь и сейчас, то можно быть уверенным, что какая-нибудь химера уже видит в тебе сочный ужин.
— Я увидела, как вы вошли, и решила помочь. — Аня говорила напуганным голосом.
— Это правда, я видел, как на Агропроме она садилась в бронетранспортер, — крикнул через плечо Шелест, держа на прицеле другой конец коридора.
— А какого черта мне не сказал?!
— Не подумал. Да и времени на диалог у нас не особо много было.
— Мы же договорились, что ты уйдешь куда подальше…
— Я сталкер и вправе участвовать в том, в чем хочу! И вообще, я вам только что жизнь спасла, мог бы быть и повежливее.
— Ладно… Извини меня, — сказал я, поворачиваясь к Ане. — С тобой все в порядке?
— Да, только голова болит немного.
Она выглядела уставшей и побледневшей. Аня говорила, что не использует свою телепатию для воздействия на людей. Впрочем, я уже не сомневался, кто из нашей троицы вывихнул мозги анархистам. Ей нужно было восстановиться после пси-атаки.
Я достал из рюкзака аптечку, нашел в ней пластинку с красными круглыми таблетками, две из них протянул Ане.
— Выпей, легче станет.
Она запила таблетки, почти сразу приободрившись.
— Лучше?
— Да, немного.
— Постарайся сегодня больше не использовать свою телепатию, хорошо? Препарат вообще-то наркотический, его нельзя часто употреблять.
— Ты дал предельную дозу?
— Нет. Но лучше тебе все же глотать его поменьше.
В разговор вмешался Шелест:
— Вы очень мило беседуете, но давайте продолжим это где-нибудь в другом, более спокойном месте? — он сказал это с саркастическим оттенком, но все же без издевки.
— Да, нам пора двигать, — согласился я. — Аня, идти сможешь?
— Да, конечно.
— Шелест, бери тыл, я иду первым, Аня — посередине. Уходим отсюда.
Как бы абсурдно это не звучало, но мы не нашли дороги назад. Просто не нашли.
На самом деле она была перед нами, но пройти там было невозможно — все было сплошь усеяно аномалиями. Сколько мы не кидали болты, гайки, куски щебенки и асфальта, не проверяли путь детектором, но отойти от главного здания в сторону военных складов мы так и не смогли. Единственный выход шел по направлению к ЧАЭС и городу Припять.
Сквозь стену аномалий мы видели все строения «Выжигателя», но мы совсем не обнаружили людей. Кое-где валялись трупы, стоял подбитый БТР с задранным кверху пулеметом, но не было ни одного живого человека в месте, где еще полчаса назад полыхал бой. Большинство бойцов Монолита и Свободы, защищавших территорию, скорее всего, погибли. Но где в таком случае сталкеры и долговцы? Наткнулись на стену аномалий, решили, что дальше хода нет, и просто отошли восвояси? Не может такого быть. Кто-то должен был остаться на захваченном объекте, но пропавшая связь не давала нам возможности установить контакт с кем-либо.
— Ну что там? — спросил Шелест, сидя на одном из бетонных блоков, когда я решил еще раз проверить поле аномалий на наличие прохода.
— Дело дрянь — ответил я, убирая в карман детектор «Велес». — Связь так и не появилась?
— Нет. Надо решать, что делать дальше, тут оставаться опасно.
— Придется двигать отсюда в сторону ЧАЭС и искать место для ночевки.
