И он, и она были убеждены, что, оказывая преступному миру «техническую поддержку», они смогут создать кризис в системе разведки, потому что разведслужбы всегда использовали мафиозные и гангстерские организации как кратковременных союзников или просто исполнителей.
Но на самом деле оба осознавали, что они – сумевшие выжить носители вируса романтизма, который может развиваться только в среде, где отклоняются от нормы параметры интриги, подозрения и предательства.
Македа восхищался чертами ее лица метиски, в котором красота европейских предков сочеталась с африканской красотой чернокожих бразильцев. Он попытался ухаживать за Мартой, но она тактично дала ему понять, что ей нравятся молодые мужчины. Причем те, в ком есть небольшая доля агрессивности, характерная для особ мужского пола, считающих, что им вечно нужно сводить счеты с женщинами.
– Ты хорошо выглядишь, – сказала Марта. – С бородой и седыми волосами ты похож на математика или писателя.
– Мне, к сожалению, кажется, что я буду вынужден срочно изменить внешность.
– Наше венецианское предприятие идет не так, как должно бы?
Македа быстро сообщил Марте неоспоримые факты: любовница Абеля Картагены находится в руках их врагов и, надо полагать, рассказала все, что ей известно. Она знает мало, но достаточно, чтобы отправить Туриста в тюрьму. Теперь его нельзя использовать.
Квартира, в которой Турист живет с Лори, перестала быть безопасной.
Люди Македы узнали, что женщина в должности замначальника управления полиции, Тициана Базиле, входит в тот секретный отряд, который уже давно борется против «Свободных профессионалов».
– А офицер полиции, которого мы должны были ликвидировать по заказу черногорской мафии, сбежал, – разочарованно подвела итог Марта. – Твой план заманить его в Венецию, убив его жену, оказался наивным.
– С этим я не согласен. И в любом случае я нашел подход к одному его сослуживцу, с которым он связывается почти регулярно.
– Отправь это досье нашим в Берлин. Делом офицера займутся они, а ты должен урегулировать кризис. Как ты собираешься действовать?
– Мы реагируем с опозданием из-за очень низкого качества каналов передачи информации.
– И что теперь?
– Теперь нужно ликвидировать Туриста, чтобы оборвать опасный контакт, вывезти из Венеции Лори, уничтожить все следы ее пребывания в том доме и покинуть этот город.
– Мы не уйдем из Венеции. Она – стратегическая площадка для наших операций.
– Можно вернуться, когда станет спокойней. В данный момент у нас нет в этом городе срочных задач.
– Ошибаешься, – возразила бразильянка. – Мы можем захватить и допросить эту женщину из полиции. Нельзя упустить возможность получить информацию, которая будет иметь первостепенную важность для нашего выживания.
– Это будет нелегко, – заметил ее собеседник. – Но нам может помочь ее незнание о том, что она раскрыта.
– Именно поэтому ты используешь Туриста и Лори в роли приманок. Раз их до сих пор не арестовали и не убили, это значит, что наши враги хотят добраться до нас, следя за ними.
– Все-таки нам будет нужно избавиться от него.
– Лучше от обоих, канадкой можно пожертвовать.
– Было бы жаль это делать: она очень дисциплинированная и умелая.
– По опыту известно, что если психопат становится очень надежным и начинает заслуживать полное доверие, значит, он нашел способ тебя обманывать. Сколько времени она уже не развлекается серийными убийствами?
– Год или больше.
– В это невозможно поверить. Она стала хитрой. А ты, – гневно упрекнула Македу Марта, – не следил за ней и позволил водить тебя за нос!
– Я не могу заниматься всем сразу, но это не проблема, я избавлюсь и от Лори.
Его собеседница сменила тон и тему разговора: Македа был умным человеком, и ей было незачем продолжать свою критику.
– У тебя достаточно людей или нужно подкрепление? – спросила она.
– Я могу рассчитывать на мою группу в полном составе.
– Тогда выжми ту женщину из полиции, как сочный лимон, а потом пусть ее разрубленный на четыре части труп найдут на площади Сан-Марко.
– Послать мощный и понятный сигнал?
– Да. Пусть эти проклятые бюрократы поймут, что мы устали нести потери.
На этом Марта, не попрощавшись, закончила разговор: она считала прощальные приветствия напрасной тратой времени. Македа не обиделся на это: он привык к грубости тех, кто обладает властью. Настоящей властью – возможностью решать, жить другим или умереть.
