Второй свёрток я упаковала так же, как первый, приложив записку. Я думала, Бутч не удержится, но он не спросил ничего, казалось, потеряв всякий интерес к происходящему, отвернувшись в сторону. Обиделся?
Я вздохнула, вытащила со стеллажа маленькую баночку с заживляющей мазью, размяла пальцы и запястья, щелкнув кольцами, подошла к молчуну и развернула его к себе.
— Давайте посмотрю, — менталист дернулся, отворачиваясь, и мое плетение малого исцеления сорвалось. — Сидеть тихо, — шыкнула я, шлепнув по плечу. — Сначала лечиться, потом молчать, — не знаю, что именно они не поделили вчера с Ликасом, но смотреть на этот фингал и царапину целый день просто выше моих сил.
Вестник от Люци догнал меня уже на лестнице — я поднималась к дяде. Люци писал, что Хок и Бер уже успели покинуть город, а он будет ждать меня в Керне, в небольшой гостинице на Кольцевой, недалеко от Храма Великого.
— После того, как освобожусь — в Керн, — я схлопнула Вестник и проинформировала менталиста. Бутч нахмурил брови, но протестовать не стал. Я приподняла юбки и быстро припустила по лестнице — Нэнс маячила мне сверху — мои десять мгновений давно истекли.
Дядю пришлось ждать. Десять мгновений давно истекли, и за время его отсутствия накопилось много бумаг, и все требовало личного внимания Главы — подписи и печати.
Я устроилась в своем кресле и лениво перелистывала ближайшую ко мне книгу — «Божественные артефакты и явления сил» под редакцией Тарика. Эту книгу я точно уже видела раньше, только теперь она перекочевала в кабинет к дяде. Вот кто тогда хорошо прошерстил полки в лаборатории Виртаса.
Наконец дядя закончил, отпустил Управляющего и взмахом руки запечатал кабинет — плетения вспыхнули и погасли.
Я молча подвинула к дяде свернутые в трубочку картины Фей-Фей и начала листать книгу дальше, ожидая реакции.
Дядя шуршал бумагой, изучая рисунки, сдвигал их и постукивал пальцем по столу.
— Неплохо, — наконец вынес вердикт он. — Леди By явно совершенствуется. И в технике, и в… способности анализировать ситуацию, — он потряс листком рисовой бумаги и коротко вздохнул, — в отличие от некоторых. Что будешь делать?
От удивления у меня приоткрылся рот. Что я буду делать? Я?
— Что будет делать вторая Наследница Клана, — дядя откинулся на спинку кресла и довольно переплел пальцы. — Как я понимаю, свою маленькую игру ты уже начала.
Вчерашние испытания, — пояснил он.
— У меня есть свобода действий?
— Вайю, — дядя смотрел серьезно. — Я не заметил, чтобы вчера твою свободу что-то ограничивало, когда ты устроила целое представление на стрельбище. Дай подумать… наверное на Турнире твою свободу действий что-то ограничивало? О, нет, — дядя прищелкнул пальцами, — наверное, когда ты вызвала на поединок Наследника Хейли в такой… вульгарной форме…
— Дядя!
— Твои действия — твоя ответственность перед Кланом, — постановил он. — Ты — остаешься в Клане, Вайю. Это значит, ты должна научиться соизмерять свои действия, просчитывать результаты и… приносить пользу, — закончил дядя. — Сначала Клан и только потом все остальные, — он опять демонстративно потряс листком Фей. — Польза, Вайю! Эликсир нам нужен.
Очередная проверка? Чтобы потом потыкать меня носом и показать, что нельзя ставить интересы By выше своих собственных? Но дядя ошибается, для Блау я всегда оставляю лучшее.
Я согласно прикрыла глаза ресницами.
— Твои решения — твоя ответственность, — снова повторил дядя. — Некоторый опыт можно приобрести только практическим путем. Мне кажется, ты до сих пор не понимаешь.
Женщины, — дядя помолчал, подбирая слова помягче, — должны быть за… за-мужем, за-братом, за-отцом. К юной Сире предъявляется не так много требований на самом деле, потому что думать — это удел мужчин. За тебя думаю я, должен думать Аксель и в перспективе — муж. Если ты остаешься в Клане, требования меняются. Вайю. Ты — не соответствуешь, — он вздохнул, — совершенно, и наверстывать придется быстро. То, что прощается юной сире, непростительно для Наследницы Клана, Вайю. Совершенно непростительно. Твои знания беспорядочны, навыки хаотичны, действия не предсказуемы.
Я прикрыла глаза ресницами, изображая покорность. Что учили, то и получили, дядя.
— Я лично проверю твою программу в ближайшие дни и составлю новый план. У нас нет времени, Вайю. Каждая твоя ошибка может стоить слишком дорого. Иногда отсутствие необходимой информации равносильно смерти…
Учиться, учиться и ещё раз учиться, я послушно кивала, пытаясь подавить зевок. Спать хотелось неимоверно.
… график тренировок… отчитываться мне лично… необходимо приложить все усилия…
Я всё-таки зевнула. Такие приходы у дяди были регулярно. Видимо подспудное чувство вины, из-за того, что из меня получается нечто далекое от идеала в его голове, и заставляло дядю усиливать давление и нагнетать. Может, Глава он неплохой, но Наставник из дяди был так себе… совершенно хреновый. Я заранее искренне сочувствовала Гебиону.
