Опустив на кровать предо мной поднос, демоница взмахнула рукой, развеяв иллюзию, и уселась рядом – в уже привычном пикантном образе. Змейка полуобнажена: пах и грудь прикрывают ожерелье и серебряный поясок со свисающими гирляндами монет, запястья и лодыжки обхватывают браслеты. Хвост викары приподнят, возбуждённо дёргается из стороны в сторону. А глаза-то! Такие можно представить у голодной волчицы!
– Приятного аппетита, господин, – Садара подняла крышку подноса, являя взору прожаренные до красной корочки куриные крылышки, исходящие горячим паром. Какой аромат! Блюдо обильно приправлено мятой, луком и чесноком. Блин! Обожаю чеснок! С ним почти любая еда превращается в пищу богов!
Диким зверем я накинулся на ужин. Жевал так, что за ушами трещало!
– Ешь, господин, – Садара улыбнулась. – Тебе пригодятся силы этой ночью.
– М? О фём ты? – я откровенно играл в дурака, продолжая поглощать сочное мясо, похрустывая прожаренными косточками. Обалденно!
– Не придуривайся, Шаин, – викара ехидно оскалилась. – Ты ведь не зря меня не отозвал, оставил при себе.
Обожаю, когда союзницы зовут меня по имени. Да ещё и упрекают. Сразу чувствуешь, что в них есть воля. Это тебе не тупые рабыни.
– Ну да, – я улыбнулся, пожав плечами. – Инафе присфать фас смог бы только на следующее утро. А кто сделает мне умопомрофительный массаф? Знаеф, как я уфтал? Твои умелые пальчики в этом деле очень пригодятся.
– Всего лишь массаж? – бровка Садары лукаво изогнулась полумесяцем.
– Ну… кто его знает… всё мофет быть, – на подносе постепенно скапливалась горка обгрызенных косточек.
– Ешь быстрее! – хвост викары щёлкнул по полу и, вновь поднявшись, задрожал от нетерпения.
– Как прикажешь, госпожа!
Змейка так и застыла с открытым ртом, щёки и уши, невзирая на бронзовый цвет кожи, буквально зарделись: приложи спичку – воспламенится.
– Я… госпожа? – хвост Садары завибрировал, как заправский мобильник.
– Ну, а что тут такого? – я пожал плечами, усмехнулся.
Пусть привыкает к человеческим играм в доминирование.
– Как что? Как что, господин?! Ты ведь шеду, а я обычная ламия!
– Лукавишь, Змейка. И совсем ты не обычная, а прекрасная, восхитительная, обольстительная, нежная, – с каждым новым эпитетом хвост викары дрожал всё сильнее – ещё немного, и взлетит вертолётом, – прям демоническая богиня…
Садара набросилась на меня, поднос с остатками еды грохнулся на пол. Всем весом Змейка вдавила меня в ложе, руками вцепилась в запястья, аппетитные ягодицы опустились на пах. И ведь не подумаешь, что в изящной фигурке сокрыто столько силы.
– Ты что творишь, девка? А?! – изобразил я злость, но ехидная улыбка вкупе с восставшей плотью выдали меня с потрохами.
– Замолчи, ничтожество! – прошипела викара, прижавшись лбом к моему. Ох, какие у неё завораживающие глаза! А будоражащий ноздри неповторимый тонкий аромат – ни с чем не сравнить. – Когда с тобой говорит богиня, ты должен внимать каждому её слову, выполнять любой её каприз! Тебе ясно?!
– Да, моя богиня.
«Шаин! А как же мы?!»
– одновременно отозвались Найрин с Фахисой.
Простите, девочки. Сегодня играю только со Змейкой.
«Так не честно!!!»
Ну, что поделать? Жизнь несправедлива.
«Шаин!!!»
– от их дикого мысленного крика мои «мысленные уши» скукожились.
Ладно, ладно! Шучу, прекрасные богини! Но смиритесь. Я не могу вас вызвать.
«Тренировался бы больше, стал бы сильнее и мог бы вызывать нас чаще!»
Девочки… простите, богини! Я не в силах изменить то, что есть. Поэтому нефиг лохматить бабушку! Наслаждайтесь представлением.
Послышался разочарованный стон суккубки и падшей, на что Садара усмехнулась – всё ждала, когда я закончу беседу. И правильно. Если вмешалась бы, то разговор затянулся бы надолго – я буквально ощущаю, как ауры Най и Хисы излучают жгучую зависть!
Змеиный язык скользнул меж коралловых губ, Садара лизнула меня по щеке.
– Шаин, ты очень сладкий, – прошептала она на ухо. – Так бы и съела тебя, но нельзя.
– Говорю ж – прожорливая анаконда, – я усмехнулся.
– Колобок, колобок, я тебя съем!
– А вот этого нам не надо! – я дёрнулся, будто попытался вырваться из плена.
– Я ведь ламия, Шаин. Всегда голодная. Но… – она хитро прищурилась так же, как когда собирала кристаллы с пола – ох, чует моё сердце, Змейка что-то задумала. – Но… думаю, ты всё же сможешь ублажить богиню.
– Хм… интересно, как?
– Я тебя за язык не тянула, – Садара хихикнула, выпрямилась и, отстегнув пряжку на пояске, небрежно отбросила его в сторону, явив взору свой прекрасный бутон. Змейка повернулась, качнула бёдрами из стороны в сторону, покрутила аппетитной попкой и опустилась на меня. Её хвост обвился вокруг моей головы. – Поцелуй свою богиню, Шаин. И не сопротивляйся!
– Разве ж я стану? Как я могу тебе отказать? – я усмехнулся, схватил Садару за ягодицы – пальцы буквально впились в мягкие упругие округлости. Прижав к себе, прильнул губами к её нежным лепесткам. Змейка тут же задрожала, сладострастно застонала. А затем…
Она расстегнула мой ремень, стянула брюки.
– Э? Садара, что ты собираешься делать?
