– С чего бы? Сестра мне всегда говорила, что я больше похож на обычного головореза, чем на баронского сына.
Что есть, то есть. Утончённостью манер, как и излишним снобизмом Вилли не страдал и при желании вполне мог сойти за солдата удачи.
– Тогда предоставь это мне. Думаю, я сумею договориться с графом.
– Хорошо, я тогда пойду. Буду нужен, посылай за мной, не стесняйся.
Стоило Вильгельму уйти, как Ди позвала служанку, приставленную к ней в первый же день графиней.
– Граф у себя?
– Да, йора, его сиятельство сейчас у себя в кабинете.
Кивком отпустив девушку, Дилоя подошла к зеркалу и убрала за ухо выбившуюся прядь. Ну вот, теперь можно хоть к королю на приём.
Она почувствовала неладное, как только услышала голос графа, откликнувшегося на стук в дверь.
– Войдите!
Йор Горан сидел за рабочим столом и глядел сквозь вошедшую девушку так, словно её здесь и не было.
– А, это вы… – его взгляд с усилием сфокусировался на Дилое. – Прошу, присаживайтесь.
– Что-то случилось? – встревоженно поинтересовалась Ди, подойдя ближе.
– Не то слово! – граф вновь стал самим собой. На это ушли считанные секунды. – Война началась.
Проснувшись, Милани сладко потянулась, выгибаясь всем телом, и села, свесив ноги с постели. Очередное серое утро. В последнее время других у неё не бывает. Привычно нашарив рукой висевший на стене шнур, она легонько дёрнула его, вызывая служанку, и снова погрузилась в мрачные мысли. Каждый раз, стоило ей проснуться, настроение стремительно портилось и, за редкими исключениями, оставалось таким до самого вечера. Дело было даже не в гибели Калеба, с этим девушка уже успела смириться, просто смерть друга стала тем внезапным ударом, который в одночасье расколол их, казалось бы, неразлучную компанию. Лени, несмотря на все попытки подруг его растормошить, окончательно замкнулся в себе, а вскоре и вовсе взял абонемент в библиотеку академии и с головой закопался в изучение книг и свитков, пытаясь найти какие-нибудь упоминания об аномалиях, связанных с душами. Милани дважды пыталась ему втолковать, что это бессмысленно – люди её отца и так там всё перерыли, опросили специалистов, и, если бы что-нибудь нашлось, это не осталось бы для неё секретом. Парень только отмахивался и спешил поскорее вернуться к работе. Похоже, в ней он нашёл замену пьянству, за которое грозный родитель, разумеется, вновь посадил бы его под домашний арест. Внезапно, из всех друзей у неё осталась одна Алиса, но вдвоём им никак не удавалось заполнить ту прорву свободного времени, что образовалась под конец летних каникул. Не хватало лукавого блеска в глазах Лени, его весёлых, а порой сумасбродных, идей и рассудительных, но оттого не менее интересных, предложений Калеба.
Да где она шляется?! Волшебница раздражённо задёргала шнурок, в соседней комнате что-то упало, и через несколько мгновений дверь распахнулась, явив ей запыхавшуюся Энни.
– Простите, йора! Я отлучилась всего на минутку, и…
– И какого Шила?! – рявкнула Милани, срывая накопившееся раздражение. – Ты же прекрасно знаешь, когда я встаю!
– Знаю, но там такое! Война началась!
– Война?
– Да! Глашатаи только об этом и кричат, в городе переполох!
– Неси завтрак.
Не обращая внимания на умчавшуюся служанку, магичка соскочила с постели и направилась в ванную комнату. В богатых домах наличествовала не только канализация, но и сложный трубопровод, позволявший получить воду прямо из крана, или душа. Последнее ей сейчас и было нужно. Пожалуй, в общежитии академии девушка больше всего скучала именно по собственной ванной комнате. Умывшись и приведя себя в порядок, она накинула лёгкий шёлковый халатик и вернулась в спальню к уже накрытому завтраку. Сочная рисовая запеканка с сыром, кусочками пряного мяса и зеленью, морские креветки с кисло-сладким соусом, а на десерт – восхитительный ванильный пудинг. Довершал этот натюрморт кувшин черничного морса.
– Рассказывай по порядку, – бросила Милани застывшей у двери девушке, отправляя в рот первый кусок запеканки.
– Простите, йора, боюсь я и не знаю ничего толком, – потупилась та.
– Но с кем война-то ты в курсе?! – нерасторопность служанки начинала изрядно бесить.
– С Меладрией! Говорят, король ихний, Нитхард, на нас некромантов наслал, вот и…
– Ясно.
