– Вета голодранка и дура, – отозвался юноша, перебирая бутылки, – кабы не ее характер, так и работала бы на хорошем месте.
– Да уж, – продолжала ухмыляться девушка, – мог бы сейчас знатный скандал получиться! Вот веселье бы вышло!
– А больше всех Вета веселилась бы, – скривился бармен, – ну, коза!
Марина, с интересом вслушивавшаяся в разговор, мигом поняла, что мужчину, только что сидевшего под лестницей вместе с Люсей и Соней, зовут Павел и он оставил в кафе какую-то нужную бумагу. Она еще больше навострила уши, но официантка и бармен далее не стали обсуждать пикантную ситуацию, потому что из глубины зала вынырнула дама в строгом костюме и сделала болтунам замечание:
– Хватит трепаться, Лена, ступай к двери, там давно клиенты ждут.
Расставшись с Мариной, я сел в машину и вытащил атлас. В конце черного тоннеля слабо забрезжил тоненький лучик света. Значит, у Люси имелся любовник Павел, обещавший вырвать Виктору клыки. Наверное, он очень хорошо относился к Людмиле, раз не возражал против присутствия на свиданиях Сони. В моей голове сразу же выстроилась стройная версия. Павел решил убить Виктора. Почему он не посоветовал любовнице просто подать на развод? Ну… может, хотел, чтобы ей досталась квартира. Жилищный вопрос портит людей, кое-кто способен из-за лишних квадратных метров лишить жизни близкого человека.
Значит, Павел замыслил убрать Виктора и придумал очень хитрый план. Убил Валерию и сумел представить дело так, будто преступление совершено Виктором. Люся, конечно, была в курсе. Вот откуда взялись окурки под батареей! Их принесла жена, ну чего проще: осторожно, пинцетом, вытащила их из пепельницы, сунула в мешочек, и дело сделано. Ну а потом любовники что-то не поделили, и Павел убил Люсю. Человек, один раз нарушивший заповедь «не убий», с легкостью сделает это и во второй раз. Может, Люся пригрозила ему, что пойдет в милицию? Значит, найдя Павла, я спасу если не жизнь, то хоть честь Виктора, избавлю от тяжелого гнета Соню. Каково будет девочке через какое-то время узнать, что ее, пусть злой и плохой, папа убил женщину?
В стройной и очень логичной, на мой взгляд, версии был лишь один недостаток. Осталось непонятным, откуда Павел узнал про Валерию? Каким образом раскопал давнюю историю? Но я быстро отмел все сомнения. Ответить на этот вопрос я пока не могу, объяснения даст сам Павел, дело за малым, требуется только отыскать любовника Люси.
Я начал изучать атлас. Ну, и где у нас улица Девятнадцатого Мая? Майская аллея, Майский проспект, улица Маевок… Интересно, кто сейчас помнит, что такое маевка? Странички шелестели под пальцами. Верхняя Первомайская, Нижняя Первомайская, просто Первомайская… Похоже, у людей, придумывающих названия улиц, начисто отсутствует воображение. Второй Донской проезд, Третий, Пятый… Четвертого нет, очевидно, его переименовали. Первая Дубровская улица и Вторая Дубровская улица! Егорьевская улица и Егорьевский проезд! Представляю, как путаются работники «Скорой помощи», пожарные, милиция, да и жителям приходится нелегко: объясняй каждый раз свой адрес, и все равно гости не туда заявятся. Ладно, Иван Павлович, не брюзжи, в этом мире много глупости. Твое дело сейчас отыскать улицу Девятнадцатого Мая! Бог мой! Парковых целых шестнадцать штук!
Я потратил полчаса на изучение алфавитного списка, нашел даже аллею Первой Маевки, но улицы Девятнадцатого Мая тут не оказалось. Может, атлас не полный? Или нужная мне улица находится в новом районе и получила название недавно?
Тяжело вздохнув, я посмотрел на часы. Уже поздно, пора бы и на боковую, завтра продолжу поиски Павла.
Внезапно в стекло постучали, я выглянул из машины и увидел взлохмаченного дядьку.
– Слышь, браток, – загудел он, – я с «КамАЗа» слез…
– И чем могу вам помочь? – осторожно спросил я.
– Вишь, моя машина стоит?
– Да, – кивнул я, оглядывая высящийся неподалеку огромный грязный грузовик.
– Мусор я увожу, строительный.
– Хорошее дело, – похвалил я, не понимая, чего от меня хочет шофер.
– Оно так, только вашей Москвы я не знаю, с Украины приехал, первый день за рулем.
– Называйте улицу, – улыбнулся я, – подскажу, как проехать, а завтра купите себе атлас.
– Да не, – отмахнулся дядька, – у тебя презерватив есть?
– Нет, – удивленно ответил я, – зачем бы?
– Многие с собой возят на всякий случай.
– Извините, я не помогу вам в такой ситуации.
– Может, напальчник в аптечке завалялся?
Я прикусил нижнюю губу. Однако! Напальчник! Бедный мужик. С другой стороны, конечно, не в размере дело, главное – умение. И потом, грех смеяться над инвалидом.
– Знаете, у меня в аптечке только йод и бинты.
– Во невезуха! – воскликнул водитель. – Может, резиновые перчатки найдешь?
Ну и припекло парня! Мои губы начали волей-неволей растягиваться в улыбку.
– Вы съездите в аптеку, – посоветовал я, – их сейчас в Москве много, смотрите по сторонам, обязательно увидите вывеску с крестом. А уж там подберете, что надо!
Мужик с чувством выругался:
– Так не едет, зараза, убитый «КамАЗ», из трубки воздух сифонит, хотел резиной замотать. Ну ладно, прощай, пойду у таксиста спрошу, может, чего найдет.
