– Значит, он разбился, – медленно повторил я. – Ужасная смерть. Скажите, Юля, Павел не терял паспорт?
– На моей памяти нет, а что?
– Так просто… Вы долго жили с Павлом?
– По молодости казалось, что очень долго, двенадцать месяцев, – вздохнула Юля, – а теперь я понимаю: ерундовый срок.
– Понимаю, что задаю глупый вопрос, но все же: не знаете ли вы телефон или адрес Алексея Конева? Кстати, он с Павлом давно дружил?
– Со школы, – кивнула Юля, – на одной парте вместе сидели. А почему вы сказали, что ваш вопрос глупый?
– Ну столько лет прошло! Конечно, есть люди, которые всю жизнь на одном месте живут, но многие переезжают с квартиры на квартиру…
Юля кивнула:
– Случается такое, но где находится Леша, я отлично знаю, сейчас он небось спит, ему завтра рано вставать, его сделали завсекцией на работе. Лешка в этом же магазине работает, в отделе, который бытовой техникой торгует.
– Надо же, какое совпадение! – восхитился я.
Юля улыбнулась:
– Это он меня сюда устроил, Леша мой муж.
Поговорив с девушкой, я в самом мрачном расположении духа пошел вдоль стеллажей на выход. Не успел я сделать и пару шагов, как из-за угла вылетела тетка с пустым пластмассовым ведром. Она подбежала ко мне и, тыча чуть ли не в лицо порожней емкостью, заорала:
– Это сколько стоит?
Я попятился. Дама явно ненормальная, ну кому придет в голову ночью приехать на МКАД, чтобы купить ведро.
– Сколько стоит? – продолжала спрашивать тетка.
– Извините, не знаю, – вежливо ответил я, – вернитесь к стеллажу и посмотрите внимательно, там, скорей всего, висит ценник.
– Какого черта здесь ходишь, если на простой вопрос ответить не можешь? – гаркнула баба и унеслась.
Я покачал головой и продолжил путь к выходу. Хорошо, что сейчас со мною нет Николая. Представляю, какой ужас испытал бы целитель при встрече с этой особой, у нее же в руках было пустое ведро. Посмеиваясь, я остановился на развилке двух коридоров. Справа виднелась табличка «Выход», стрелка указывала налево. Я повернул, очутился в отделе аквариумов и остановился возле самого большого. На дне, покрытом мелкими камушками, лежала черепаха. Сначала я подумал, что вижу искусно сделанный муляж, но потом из-под желто-коричневого панциря высунулась голова, и я понял, что животное настоящее, причем очень красивое. Маленькие лапки были полосатыми, украшенными длинными розовыми коготками, красные глазки недобро смотрели на меня. Постояв неподвижно, черепаха развернулась и медленно поплыла прочь, сзади у нее имелся довольно толстый треугольный хвост.
– Дивные создания населяют землю, – пророкотал за спиной густой бас, – малая тварь, а красота совершенная.
– Выглядит так, словно ее специально раскрасили, – кивнул я, потом обернулся и обомлел.
Возле аквариума стоял батюшка, самый настоящий, в черном одеянии, с крестом на груди. Широкая борода окаймляла его лицо.
– Думал, она из камня высечена и в аквариум для наглядности помещена, – продолжал он.
Я, быстро придя в себя, кивнул.
– Я сам так полагал, потом смотрю, она плывет.
Церковнослужитель покачал головой:
– Сколько живу, не устаю удивляться окружающей красоте. Вы, милейший, покупатель или продавец?
– Скорей первое, чем второе, хотя я ничего и не приобрел, – улыбнулся я.
– Ни одного сотрудника найти невозможно, брожу тут, аки тать, – пожаловался батюшка.
– Может, я могу помочь?
– Навряд ли! – с сомнением воскликнул мой собеседник. – Впрочем, сделайте милость, может, сумеете понять – сколько сия вещь стоит?
Тут только я заметил, что широкая крестьянская рука служителя церкви сжимает дужку… пустого пластмассового ведра.
Неожиданно меня разобрал смех. Ладно, встретить женщину с такой утварью вполне естественно, но священник, несущий пустое ведро… Согласитесь, это уж слишком.
– Ценника нигде нет, – растерянно бормотал батюшка, – хоть бы какую бумажку наклеили. Дойдешь до кассы, и выяснится, что денег не хватает. Экая у них тут неразбериха.
– У входа в магазин находится справочная, – сказал я, – там должны знать.
– Премного благодарствую, – обрадовался необычный покупатель, – не премину воспользоваться вашим советом.
Мелко семеня, он поспешил в глубь стеллажей, я начал пробираться к выходу, натыкаясь на вазы, пучки искусственных цветов и коробки с дешевым мылом. Интересно, отчего бы не проложить какой-нибудь короткий путь к двери, ну зачем заставлять людей шнырять среди товаров? Впрочем, наверное, это сделано специально. Побродит человек, поспотыкается о всякую ерунду, глядишь, и прихватит чего-нибудь абсолютно ненужное.
Наконец впереди замаячили кассы. Я выбрался на улицу, понаслаждался пару минут сигаретой и пошел открывать машину.
– Извините, конечно, – сказал худой мужчина, стоявший неподалеку от моей «лошади», – вы куда едете? В город или в область?
– В Москву.
– Сделайте любезность, подбросьте меня до первого метро, заплачу сколько скажете, – пообещал мужик.
– Без проблем, – согласился я, – просто так отвезу.
– Возьмите хоть на бензин.
– Спасибо, не надо.
