Мара поняла, что ревет, как маленькая. Бьярн качнул головой, как делают это все мужчины при виде горьких женских слез: «Ох, уж эти девчонки!», прижал к себе. Но лицо тут же стало обеспокоенным.
— Рейвен, ты бы дал ей что-нибудь от жара.
— Да, сейчас.
— Я и сама могу приготовить настой! — запротестовала Мара. — Этот травник-отравник меня когда-нибудь доконает. Почему все забывают, что я почти стала медикусом!
— Почти не считается! — улыбнулся Бьярн. — Вот когда станешь…
И осекся на полуслове. Мара даже переспрашивать не стала. Она, может, и мастер додумывать, но Бьярн, похоже, на радостях тоже перегибает палку. Ладно, мечтать рядом с ним так приятно. В итоге безропотно выпила мерзкий на вкус настой, от которого, следует признать, сразу почувствовала себя лучше.
К сумеркам домой вернулся раскрасневшийся Эрл: набегался, наигрался и проголодался. Здоровый, счастливый мальчишка. Рейвен с порога огорошил его новостью:
— Малыш, ночью мы уходим. Если тебе нужны какие-то вещи — собери сейчас.
— Уходим? — у Эрла вытянулось лицо. — Одни?
— Нет, все вместе, с Марой и с Бьярном.
— Ну ладно! — От грусти не осталось и следа.
Эрл засновал между своей комнатой и залом, перетаскивая вещи, которые планировал взять с собой. Первым притащил деревянный меч, подаренный Бьярном, следом — желтую курточку из плотной ткани, которую Мара купила ему на ярмарке, потом какие-то свои детские сокровища в коробочке из-под печенья.
Трое взрослых с улыбкой наблюдали за ним. В какой-то момент взгляды Бьярна и Рейвена пересеклись, и улыбка Рейвена тут же перетекла в торжествующую ухмылку: «Ага, моего сына ты нечистью не считаешь».
Мара прикорнула на груди Бьярна, слушая, как бьется его сердце. Оно будто отсчитывало последние минуты той жизни, которая должна вот-вот закончиться. В тот момент Мара и предположить не могла, как она права.
Последние минуты…
В дверь оглушительно забарабанили. Кого еще принесло в такой поздний час — тьма на дворе? Неужели открылись новые обстоятельства дела, и Витор прислал за ними курьера?
Бьярн и Рейвен оба поднялись на ноги, переглянулись. Эрл испуганно выглянул из комнаты, вопросительно посмотрел на отца.
— Иди наверх, — приказал ему Рейвен.
— Не открываем, — сказал Бьярн, вытаскивая кинжал.
Мара встала между ними, готовая ко всему. Оружия у нее нет, но способность вытягивать жизнь всегда при ней.
Дверь слетела с петель от одного мощного удара, и в дом, нагнувшись перед низким косяком, вошел мужчина. В руке он сжимал выщербленный старый меч, покрытый пятнами ржавчины. Следом за ним ввалились другие. Мара сбилась со счета на пятом. Сколько же их?
Предводитель поднял голову, вглядываясь в лица хозяев дома, ощерился в оскале. Мара вздрогнула, узнав этого человека. Глузд… Еще одно лицо из ее кошмаров.
— Нам нужна только девчонка, — сказал он, указав на Мару. — Иди ко мне, лапушка, и мы никого не тронем. По тебе кое-кто соскучился!
Лейрас… Значит, оставил Глузда при себе для грязных делишек. Как Мара жалела в эту секунду о том, что они задержались, но назад время не отмотать. Он добрался до нее! Он все-таки до нее добрался!
Бьярн, Рейвен, Эрл… Она должна ради них. Конечно, Мара недешево отдаст свою жизнь. Хочет ее взять? Пусть попробует голыми руками. Она сделала шаг вперед.
— Мара, не смей! — Бьярн сгреб ее в охапку, задвинул себе за спину.
На середине лестницы застыл Эрл. Даже если он побежит наверх, выхода все равно нет — не прыгать же ему из окна.
Трое с одной стороны и восемь человек с другой — застыли друг напротив друга.
— Да что с ними толковать, — процедил Глузд.
Махнул головой: «Давайте».
— Только девку не трогайте. Она не для вас.
И тут же, не изменившись в лице, будто делал нечто подобное каждый день, размахнулся и занес меч над Бьярном. Удар стал таким неожиданным, что даже Мара поняла: достиг бы цели. В последний момент Бьярн успел бы сгруппироваться, уйти в сторону, но лезвие, пусть по касательной, достало бы его.
Вот только Рейвен оказался быстрее. Он закрыл Бьярна, и вся мощь удара пришлась на него. Из развороченной груди хлынула кровь, но Рейвен не сразу осел на пол. Он стоял, вцепившись руками в меч, не давая Глузду сразу же выдернуть его. Острие ранило ладони, а он все не отпускал оружие. Зрелище оказалось настолько неожиданным и жутким, что даже видавшие виды убийцы отступили на шаг.
— Наверх, — прохрипел Рейвен, теряя сознание.
— Папа! Папа! — не переставая, кричал Эрл.
Бьярн выдернул Мару из оцепенения, отбросив ее в сторону лестницы. И, закрывая собой ее и Эрла, повел наверх, в спальню.
Но что потом? Дальше отступать некуда. Сколько они продержатся?
А Глузд наконец сумел справиться с мечом, вырвав его из ослабевших рук лестата.
— Что смотрите? — крикнул он. — Парня и мальчишку убить. Девку забрать.
Но сам Глузд оказался не настолько глуп, чтобы первым броситься вперед — Бьярн, даже вооруженный коротким кинжалом, представлял собой грозного противника. Что доказал почти сразу, когда двое верзил одновременно полезли на него, толкаясь плечами на узкой лестнице. Мысленно уже делили награду, наверняка обещанную им.
