— Нет, Вик, — сказала она, и вновь запоздало улыбнулась. — Я думаю, ты хороший парень, правда!
Вик впервые слышал о том, что он хороший. Это было необычно, удивительно и… приятно. Захотелось вдруг обнять девчонку, или хотя бы по голове погладить. Но девчонки этого, кажется, не любят, они ведь не кошки в конце концов. Да он бы и не решился. Вот только что таскал ее на руках, а сейчас сидит болван болваном и двух слов связать не может.
— Как нога? — проскрипел он хриплым басом.
— Нормально. Проходит потихоньку.
Лиззи вовсе не жаждала общаться: снова отвернулась, с преувеличенным вниманием разглядывая камни. Вик пожал плечами: ну и ладно! Он и сам заинтересовался грудой камней, у которой они сидели. Валуны разных размеров и форм были сложены неровной пирамидой, точно какой-то великан притащил на их берег и развлекался, пытаясь сложить замок. Может быть, кто-то из земляных магов отдыхал на озере. В Академии у студентов факультета земли даже спецкурс был по созданию инсталляций, для тех из них, которые воображали себя творческими личностями. Хотя одного взгляда на мага земли достаточно, чтобы понять — в одном мизинце воздушников таланта больше. А они все равно пытались. Видел Вик эти шедевры. То скала, растущая из-под земли под углом, словно вот-вот упадет. То громадина, опирающаяся на тоненькие ножки. Смех, да и только.
Вик подошел и наклонился, пытаясь заглянуть внутрь пирамиды: между нижними, самыми крупными камнями, виделись просветы. Пространства достаточно, чтобы девушка комплекции Лиззи, могла спрятаться внутри. Если придется ночевать на берегу, она сможет здесь укрыться. Но с чего бы им на берегу ночевать?
— Я есть хочу, — сказала Лиззи, ни к кому особо не обращаясь, но с явным намеком.
— Я тоже, — буркнул Вик. — Если бы ты ногу не подвернула, то в лесу сейчас раздобыли бы себе ягод.
— Так это я виновата, значит? — возмутилась Лиззи.
— А нечего было от меня убегать!
— А нечего было за мной гнаться!
Она шмыгнула носом и развернулась на своем валуне в другую сторону. Видно, уже не считает его хорошим парнем. Вик мысленно выругался, а потом, бормоча под нос проклятия, снял брюки. В детстве, еще до того как отправиться к отцу в замок, он видел, как старшие мальчишки ловили в реке рыбу: завязывали штанины и получался своеобразный невод. Главное, залезть поглубже, туда где водоросли погуще. Ловится всякая мелочь, но иногда и кое-что покрупнее попадается.
Вылез из озера мокрый, угрюмый, и вывалил к ногам Лиззи трепещущую мелюзгу.
— Ой, рыбка! — обрадовалась она, но тут же сморщила нос. — А как мы ее есть-то будем? Сырую?
— Почему сырую! Сейчас я…
«Разведу костер», — хотел сказать Вик. Он уже успел присмотреть сухой куст, который можно сжечь. Но осекся, вспомнив, что магия его сегодня покинула, и тут же почувствовал себя мокрым общипанным индюком, у которого теперь ни рубашки, ни брюк, ни магии. Можно смело оставаться жить в деревне. Наняться сезонным работником навоз убирать.
Вик взвыл и сжал кулаки. Что же так несправедливо-то все!
Лиззи сползла с валуна и похромала к Вику. Она догадалась о магии, но спрашивать ни о чем не стала.
— Слушай, давай по-другому попробуем костер разжечь.
— Как по-другому?
— Ну, как обычные люди это делают.
Лиззи подняла с земли деревянную палочку, расщепленную сухую ветку, а чуть дальше надергала желтой, пыльной травы.
— Вот!
Она показала, что надо делать, поставив палочку вертикально на кусок дерева, и начала крутить ее в ладонях.
— Давай ты верти, а я траву сыпать буду. Она сухая, должна загореться.
Вик работал с таким остервенением, будто возникшая искра могла вернуть ему магию. Никогда еще огонь не давался ему с таким трудом. Вику от этой мысли было одновременно и смешно, и жутко. Неужели, это все? Неужели, огненная стихия никогда больше к нему не вернется?
— Есть! — закричала Лиззи, захлопала в ладоши.
Вик увидел, как вверх поднимается тонкая струйка дыма. Огонек, сначала крошечный, скоро окреп, весело заплясал на ветке. Вик обрадовался ему, как родному. Скоро у них появился костер, а чуть позже и запеченная на углях рыба.
— М-м, вкуснотища, — нахваливала Лиззи.
Вик, хотя тоже проголодался, вкус озерной рыбы не оценил. Она пахла тиной, да к тому же была пресной — соли-то у них не оказалось. Зато брюки кое-как удалось высушить над огнем. Лучшие брюки, кстати, из тех, что были у Вика. И рубашка нарядная. Он скосил глаза на Лиззи, примостившуюся на коленях у костра. Была нарядная…
Куда он так вырядился? Вик попытался снова отмотать время немного назад. Ладно, сегодняшнее утро вспоминать бесполезно, но, может, что-то всплывет из вчерашнего вечера? Он закрыл глаза и сквозь туман начали проступать неясные образы.
Играет музыка. Глиняные кружки с шумом врезаются друг в друга. Шапки пены падают на стол. Смех. Аромат готовящегося на вертеле мяса.
— Давайте за Вика, парни! Вик, подними руку и скажи: «Да пошло оно!»
