Мара принялась грызть ногти, не замечая этого, всегда так делала, когда волновалась. Из цепочки Алита — Раймон — Лори все мертвы. Ранка на внутренней стороне губы — след страстного поцелуя? Один раз — возможно, но три раза подряд — это уже доказательство… Вот только доказательство чего? Жертва и убийца в одном лице… В одном лице и в одном теле?
Мара подскочила:
— Господин старший дознаватель!
— Тихо! Ты не видишь, что я разговариваю со свидетелем? Свои идеи выскажешь приватно позже.
Гадство! Мара еще ничего не понимала, но какая-то неосознанная тревога не давала ей покоя. Какая-то неоформившаяся мысль, что времени мало и надо торопиться, не позволяла усидеть на месте. Мара вся извелась, обкусав ногти почти до крови.
— Вайолет, а Лори сегодня никого не целовала? — все-таки не выдержала она.
Вайолет изящно пожала плечом.
— Ну, знаете, как это бывает. Лори и мальчики нравились, и девочки тоже. Она нас тут всех перецеловала. Ничего такого, не подумайте! Просто невинные поцелуйчики. Ну, знаете, как бывает.
— И сегодня?
— Может, и сегодня…
Мара вскочила на ноги.
— Витор, мы должны немедленно!..
— Я тебя немедленно уволю, — прошипел старший дознаватель. — Если ты не сядешь и не замолчишь! Всех опросим в свое время. Понятно?
— Понятно, — сквозь зубы процедила Мара.
Дверь приоткрылась, и в комнату, где проводили допрос, заглянул Бьярн.
— Да вы издеваетесь! И ты здесь!
Вайолет переводила заинтересованный взгляд с Мары на грозного дознавателя, а с дознавателя — на красавца стражника, так внезапно появившегося в дверях. Она уже совсем не расстраивалась по поводу смерти соседки. Такое веселье вокруг.
Бьярн вместо ответа протянул Маре книгу, кивнул и прикрыл дверь. «Создания ночи. Спецкурс» — вытеснено было на обложке. Он ее нашел, какой молодец!
Ладно, если никто слушать ее не хочет, можно скоротать время за книгой. Вдруг отыщется подсказка.
Мара открыла первую страницу и начала читать введение, прыгая глазами через строчку. «Разумная нечисть встречается настолько редко, что некоторые ученые предпочитают считать ее мифом… Однако доподлинно доказано существование некоторых разумных видов…» Мара перелистнула страницу и бегло просмотрела оглавление. Некоторые виды она всегда считала выдумкой, потому что ни она сама, ни кто-либо из ныне живущих с ними не встречался. Другие же создания ночи, такие как Шепчущие например, никаких сомнений в своем существовании не вызывали. Так что, возможно, эти загадочные асанбосы, ночницы, рокуоромби и другая нечисть так же реальны, как шатуны, и куда более разумны.
Оглавление оказалось длинным, список нечисти Маре мало что говорил. Ладно, придется позже, когда появится время, прочитать все вдумчиво и подробно. А пока она продолжила изучать введение. «Жизненная сила — вот главная ценность, за которой охотится любая нечисть, разумная или нет. Человеческие живые кровь и плоть — главное, что их интересует. Разумная нечисть бывает невероятно хитра и изворотлива, природа ее такова, что она готова на любые уловки и ухищрения ради того, чтобы добыть жизненную силу и продлить свое существование…»
Неприятный холодок пробежал по коже. Мара и так догадывалась, но только сейчас ясно осознала, что, возможно, они имеют дело с разумной, хитрой, изворотливой нечистью.
Она захлопнула книгу и попыталась собраться с мыслями, но в голове была каша. А смех из-за двери очень мешал сосредоточиться… Смех? Что там происходит?
Не спросив разрешения, Мара поднялась и вышла в коридор, сопровождаемая недовольным взглядом старшего дознавателя.
Бьярн ожидал ее, прислонившись к стене. Сложил руки на груди и со снисходительной улыбкой смотрел на девушек-свидетельниц, которые вовсе не выглядели испуганными, когда поглядывали на Бьярна. О, Мара узнала эти взгляды. Точно так же смотрела на него Тайла. Хихикала, опускала глаза, накручивала локоны на палец.
— Ты, значит, стражник? — спросила рыженькая. — А имя у тебя есть, смелый стражник?
Мара почувствовала, как сводит скулы. Зачем она вышла? И как это теперь выглядит? Еще решит, что она его ревнует. Уже хотела вернуться и взялась за ручку двери, когда услышала позади себя голос другой студентки, черноволосой и миниатюрной.
— Ты такой хорошенький! А хочешь, я тебя поцелую?
Что-то внутри у Мары дернулось быстрее, чем она успела сообразить. Развернулась и схватила девушку за руку, не подпуская к Бьярну. Увидела, как приподнялись его брови. Успела разозлиться на него и на себя за странный порыв. И только потом ее догнала мысль: вовсе не ревность толкнула ее к действиям.
«Разумная нечисть готова на любые уловки…» И не только для того, чтобы добыть жизненную силу. Спасать свою жизнь она тоже станет всеми возможными способами. И что бы там ни было — все начинается с поцелуя!
— Покажи мне внутреннюю сторону губ, — жестко сказала она. — Вы все покажите!
— Чего?.. Да ты в своем уме?!
Но Мара угрюмо ждала, не вступая в препирательства. Сейчас она олицетворяла закон, и девушки, скривив лица в презрительных усмешках: «Да что она возомнила о себе, эта убогая», выполнили просьбу.
