- Стас, думаю, ты ей сейчас нужен больше, чем я, – покачала мачеха головой, – Знаю у вас сложные отношения с детства, но если бы ты знал причину такого отношения Сони к тебе, ты бы посмотрел на ее выходки совсем по-другому.
- А вы знаете причину? – с сарказмом спросил у нее и понял, что знает, но не скажет, уже совсем не удивившись ее последующему ответу.
- Будет лучше, если она сама тебе объяснит.
- И что вы хотите от меня? Если желаете, чтобы поговорил с ней, то это бесполезно. Она меня не слышит, а присмотреть за ней, так и без вашей просьбы присматриваю. Меня отец просил, а я дал ему слово, – пожал плечами. Пустой разговор начинал надоедать.
- Спасибо, – улыбнулась она улыбкой моей Софьи, от этого мне сразу захотелось завершить разговор и пойти проверить на месте ли моя рыжая заноза, – Завтра у меня не получится быть с ней рядом, сам понимаешь.
- Она будет рядом со мной, не волнуйтесь.
- Хочу предупредить тебя. Ей совершено нельзя спиртное.
- Знаю, – кивнул и заметил испуганную реакцию родительницы.
- Откуда?– занервничала Вероника, – Ты знаешь почему?
- Да, не волнуйтесь, никто не видел, кроме меня, что с ней происходит. Она случайно сделала глоток вина. Хорошо, что быстро отключается.
- Ты помнишь? – еще больше заволновалась мачеха, – Что ты видел?
- Хм, помню. Не стану говорить, я обещал, что никто не узнает, а свое слово держу, – во мне проснулся интерес, неужели никто не помнит перевоплощение Софьи после спиртного, – У меня, наверное, иммунитет выработался на вашу дочь.
- И? – она тоже с интересом взглянула на меня, – То, что между вами в результате произошло это случайно не в тот самый день?
- Не считаете ли вы, что я способен воспользоваться невменяемостью девчонки, не умеющей контролировать свой дар? – мне не понравился ее намек.
- Спасибо, Стас, – она с облегчением вздохнула, – Я верю тебе. И не разочарована. Все, что случилось между вами, к лучшему. Ты действительно тот, кто ей нужен.
- То есть вы благословляете нас? – скептически произнес, попытавшись перевести все в шутку.
- Если тебе будет от этого легче, то да. Считай, что тебе доверяю Софью. И если что, то можешь рассчитывать на мою помощь, я тебя поддержу.
- Зря, – пробурчал, когда мачеха покинула комнату.
До сих пор не мог простить себе той слабости, что допустил вчера ночью. Б***, мачеха не опровергла мои слова, мои догадки верны. У девчонки действительно есть дар, который она не способна контролировать. Пазл, мучивший меня со времени ее возвращения в город, сложился. Все вело к этому выводу, только верить не хотелось. И наличии у нее необычной бабки, и ее матери. Да, сама Вероника источает непонятное притяжение – не приворот, а что-то совершено иное, не от мира сего, от чего не смог удержаться и мой отец. Может такое быть, что у меня выработался иммунитет? Черт, неужели в НАШУ с ней НОЧЬ, я тоже был единственным вменяемым, в отличие от самой рыжей… ведьмочки?
После разговора с мачехой долго не мог заснуть, пришлось вытащить из постели брата на кухню и посидеть за рюмкой «чая». Отец посмеялся над нашим «мальчишником», но не захотел разделить компанию. Как же, молодая красивая любимая женщина под боком. Если бы Софья спала в моей постели, то, несомненно, тоже предпочел свою спальню. Черт, о чем я, вообще, думаю? Мечтатель. Несколько раз приходила Наталья звать Егора и, б***, каждый раз попадала на разговор о Лисичке. Да, блин, стыдно признаться, но опять просил у брата совета. Ну, не могу ни о чем и ни о ком думать, кроме несносной девчонки, собственным своим существованием изменившей мой мир и нарушившей покой.
Утром проснулся злой, невыспавшийся, да еще Натка, зачем-то вытащила мою Соньку на всеобщее обозрение. Зачем? Чего хотела добиться? Отомстить ей за то, что не она являлась предметом обсуждения вчерашним вечером? Или за свою необоснованную ревность? А может, действительно, хотела познакомить Софью с Филиппом? Если бы девушки знали, что они выглядят еще более соблазнительно именно с утра, только проснувшись, в своем естественном состоянии, непричесанные, босиком и в халатиках, то наверняка были бы в шоке. Поверьте это именно так. Лично я представил Лисичку на своей кровати, потягивающейся со сна, и очень сильно захотелось ее спрятать в свою спальню, подальше от чужих глаз, а особенно от этого стервятника Фила. Самое странное, каким-то образом ощутил растерянность, исходившую от девушки, ее неудобство нахождения рядом с гостями, а когда вмешался – облегчение и (неужели?) благодарность за спасение.
