- Софья, хватит, – я все же развернул девушку к себе и встряхнул, пытаясь вывести из транса.
- Опять ты?- удивилась она, посмотрев мне в глаза, – Ты очень красивый. Почему я не могу видеть твою судьбу? Рядом с тобой ангел-хранитель.
- Конечно, ангел-хранитель, – улыбнулся ей и, прижав к себе, поцеловал.
Помогло. Как и следовало ожидать, девушка обмякла в моих руках. Еле успел подхватить на руки ее безвольное тело.
- Станислав? – раздалось недовольное рядом со мной, – Ты что творишь? А как же Антонина?
Прижав к себе Лисичку еще крепче, и не смотря на ее бессознательное состояние, с трудом оторвался от ее нежных мягких губ. Поднял глаза на говорившего. Тодоровский находился в бешенстве. Ну, что же, что ни делается – все к лучшему. Планы Валентина Олеговича, пока остались лишь планами.
- Не боишься, что я все передам твоему отцу и матери девчонки? Она еще несовершеннолетняя, – возмущенно закричал он.
- Это почему-то не помешало ее сосватать Филу, – прорычал я и направился к выходу.
- Ты еще пересмотришь свое мнение, Стас. И если ты считаешь, что все решил для себя, то ошибаешься. Ты молод и многого не понимаешь. Это простительно. Тоня поймет. Кроме того не стоит решать за Софью. Влюбленность проходит, а бизнес и семья остаются, – понеслось гневное мне вослед, но я лишь усмехнулся.
Мне все равно, что он думает и расскажет ли отцу. Плевать. Главное сейчас другое. Нужно срочно доставить девчонку домой. Надеюсь, что Егор уже на подходе. Проходя мимо гостей с Лисичкой на руках, обратил внимание, как люди с удивлением возвращаются на свои ранее покинутые места. Приглашенные музыканты вновь заиграли музыку. Судя по лицам присутствующих никто из них не только не понял, что произошло, но и не помнил случившегося. Отлично. А что за дар у моей девушки следует спросить у мачехи, и это сделаю в ближайшее время, не в брачную ночь, конечно же, но как можно скорее. Не могу же быть постоянно рядом, чтобы предотвращать подобное. Думаю, что какой-нибудь выход все равно существует и ЭТО лечиться.
*
Софья.
Я проснулась с головной болью, сухостью во рту и биением в висках кузнечными молоточками. Или барабанными палочками? Святые инквизиторы, не все ли равно? При этом было очень жарко под одеялом. Глаза не хотели открываться. Блин, или разлипаться? Нет, кажется, вчера в туалете ресторана смывала тушь, значит, все-таки первое. И вообще, по-моему, что-то похожее происходило со мной буквально на днях, дежавю какое-то. Единственное отличие от того случая – я лежала в кровати, значит находилась в спальне.
- Уй, – простонала, поднимая руки к голове и массируя виски, – Что со мной?
Тут почувствовала, как мое тело само едет в сторону и прижимается к чему-то горячему, твердому. Блин, или к кому-то? Пришлось с трудом расклеивать ресницы. Нужно же проверить, где я и… кто тут со мной. Не успеваю повернуть голову к рядом лежащему телу (слишком болит голова – следует еще настроиться, каким-то образом, ею воспользоваться), как рядом раздался очень знакомый голос. Точно – дежавю.
- Выспалась?
Черт, надо было додуматься, потереться о мой больной висок своей щетиной?
- Уй, Стас, – взвыла я, – Больно.
- Пить меньше надо, ангел-хранитель, – усмехнулся он, привстал и посмотрел на мое (наверняка опухшее) лицо, – Сейчас, принесу лекарство. Только не вставай.
Ага, если бы еще могла двигаться без боли. Тут не то, что встать, дышать тяжело, умереть хочется, чтоб не мучиться. Кажется, вчера мне достался, ну, очень крепкий напиток. Черт бы побрал дяденьку Менделеева с его сорокоградусной формулой.
Постанывая, попыталась вспомнить, что случилось. Помню танцы, потом Стас пошел за водой. Затем какие-то парни пригласили в свою группу. Я согласилась. Появление братишки, его необоснованная злость на ребят и… все. Пустота, темнота, полный капец. Демоны преисподней, что опять я пропустила? Почему так каждый раз? Надеюсь, Стас оставил мальчишек живыми и здоровыми. Как же мне хреново. Очень болит голова.
- Выпей, станет легче, – горячая сильная рука Стаса осторожно приподняла мою голову и спину.
Удержать, показавшийся мне неимоверно тяжелым, стакан с водой было трудно. Славик вздохнул и поднес к моим губам прохладный напиток сам. Какая прелесть, словно чистейший родник проник мне в горло и напитал живительной влагой. Сама бы не поверила, но испытывала искреннюю благодарность к сводному братику и уже хотела сказать «спасибо», но как всегда момент был испорчен самим спасителем.
- Что нужно сделать, чтобы ты поняла – тебе нельзя спиртные напитки?
- Святые инквизиторы, Стас, не начинай, и без тебя тошно, – вымученно ответила ему.
Его нотаций мне сейчас точно не хватало. Опять откинулась на подушку, боль в висках таяла очень медленно, и в первую очередь мне нужен покой.
Сквозь дрему почувствовала, как матрас спружинил, «брат» прилег рядом.
- Ты что делаешь? – забеспокоилась я.
- Хочу отдохнуть, как и ты.
- Почему тут? – возмутилась, приоткрывая глаза, пытаясь увидеть наглеца.
- Потому что это моя кровать, – невозмутимо завил парень и притянул меня к себе, пользуясь моим бессознательным состоянием.
