Мамины черты лица из злых вдруг становятся мягкими, она садится обратно, берет мою руку и сильно сжимает:
– Катя, Костя сделал мне предложение, и я выйду за него замуж… Я уже все решила. Ты должна меня поддержать, ведь только мы есть друг у друга. Мне нужна твоя поддержка. Очень нужна. Поживёшь со мной совсем немного там. Потом снимешь отдельную квартиру.
Я отдёргиваю руку.
– Поживёшь? – мой голос на грани отчаяния. – Ты только что про знакомство говорила! Теперь я жить там должна? Это какое-то издевательство! Ни за что! И никогда. И тебе не советую.
Мама чуть ли не плачет. Встаёт, выключает свет и выходит из комнаты. Мне становится жаль ее, сердце сжимается от тревоги. Это первая наша серьезная ссора за всю мою жизнь. Но она просит о невозможном! Я не могу и не хочу появиться в доме Максима и Миланы…
Черт. Да если бы это был кто-нибудь другой. Кто угодно… Пожалуй, тогда я бы смогла смириться с маминым замужеством, но сегодня я узнала столько шокирующей информации – мне кажется, я не смогу с этим справиться…
Видимо, мое тело думает так же. Всю ночь мне снятся отвратительные сны, как будто я фильмов ужасов пересмотрела. А наутро я просыпаюсь с высокой температурой. Чувствую это сразу, как только голову от подушки отрываю…
– Мам! – зову я. – Принеси градусник. Кажется, я заболела.
Мама забегает ко мне в комнату с испуганным видом. Трогает лоб.
– И без градусника ясно – температура шпарит. Может, врача вызвать?
– Какого врача? Дай мне жаропонижающее, и я пойду на тренировку.
– С ума сошла! Да у тебя, наверное, под сорок!
– Я пойду! Все равно! Я не могу пропускать занятия.
– Катя, не глупи. Я сама позвоню твоему тренеру и все объясню.
Я пытаюсь встать с кровати. И почти сразу понимаю: мама права. В таком состоянии никакой тренировки у меня не получится. Слёзы от обиды на глаза наворачиваются. Я с пятого класса не болела! И что теперь произошло со мной?
– Катя, ложись, тренеру позвонила, она сказала восстанавливаться, – возвращается мама из коридора.
– И она не ругалась?
– Нет, конечно, она что, не человек?
– Она ненавидит, когда болеют.
Мама укладывает меня обратно.
– Если будешь меня слушаться, то быстро восстановишься… Это, наверное, от стресса. Прости. Я не подумала вчера, какой это для тебя удар. Ещё и тот мальчик, с которым ты встречалась… чуть твоим братом не оказался, ужасное совпадение, но кто бы знал, что все так выйдет! – мама как будто сглатывает слёзы.
Она приносит мне лекарства, ставит рядом с тумбочкой. Дает выпить одно и уходит на работу. А я остаюсь наедине со своими тяжелыми мыслями…
Я в первый раз за долгое время остаюсь дома одна. Лежу и смотрю в потолок. Сплю, потом снова просыпаюсь и снова смотрю в потолок. Под вечер мне становится лучше. Я встаю, иду на кухню и съедаю «запрещённую» еду – бутерброд с колбасой. Если учитывать, что я весь день ничего не ела, это не должно сразу отразиться на моем весе. Но угрызения совести я чувствую. Не надо было есть, я дала себе слабину! Лучше бы банан съела или салат! Полезнее было бы.
Беру телефон и возвращаюсь в постель. У меня много пропущенных звонков и сообщений от Амелии. Подруга переживает, спрашивает, что случилось. Строчу ей ответ, объясняю, что заболела.
Откладываю телефон в сторону и опять смотрю в потолок. Странно, но теперь произошедшее вчера мне уже не кажется таким ужасным. Все выстраивается в логичную цепочку. Милана, может, не просто так всегда ко мне цеплялась? Может, каким-то шестым чувством поняла, что у нас с ней есть общая кровь… и не смогла простить, что я лучше. Потом вот и брата своего привлекла…
А теперь ее отец (который, оказывается, и мой!) собирается жениться на моей матери. Да уж, ситуация – хуже не придумаешь.
Никогда не смогу поверить, что мы с Миланой родственники…
Мама возвращается с работы, разогревает мне ужин. Много раз спрашивает про мое самочувствие – видно, что волнуется. Я с улыбкой смотрю на неё. Мама – это святое для меня. Она всегда будет на моей стороне… Ну, хочет она выйти замуж за Константина, хочет второй раз наступить на те же грабли – я почему-то уверена, что ничего хорошего из этого не выйдет, – ну неужели я оставлю ее одну? Брошу ее на произвол судьбы?
Нет, я спортсменка, а спортсменки так легко не сдаются.
– Мам, я пойду с тобой в гости. Ну, на это дурацкое знакомство…
– Спасибо, родная! – мама сияет от радости, и мне тоже становится лучше.
Ничего страшного не случится. Так думаю я.
Милана заходит в мою комнату – как всегда, без стука. Черт, надоела.
Кричит:
– Макс! Что это? Куда ты чемодан собираешь? Ты же обещал!
– У нас был уговор на месяц. Теперь в этом доме станет тесно, папа притащит свою новую жену…
– Ага, значит, я тоже могу опять начать доставать Катю? Уговор был – ты живёшь здесь, я не трогаю ее, так?
– Милана, перестань.
– Хорошо, перестану. Возьми меня с собой.
– Не могу! Ты в своём уме? Я тебе не нянька!
– Все вы предатели! Мама улетела в Италию заниматься карьерой, папа женится, ты теперь уезжаешь, а мне что делать? – глаза Миланы мгновенно наполняются слезами.
