– Извините, я не понимаю такой реакции. – Константин разводит руки в стороны и поворачивается к нам. – Я сейчас за ними схожу, все исправлю.
– Не надо, – останавливает его моя мама. – Это нормально, им просто нужно время, чтобы привыкнуть, а потом все будет хорошо.
Я закатываю глаза: уж не по мне ли она судит? Одно дело я, которая решила поддержать маму, – и совсем другое Милана и ее мажор-братик, которые никого не ценят.
Мы садимся за стол, перед нами ставят уйму тарелок очень вкусной и красиво сервированной еды. Сидим как в дорогом ресторане. Мама и Константин улыбаются друг другу.
– У вас каждый день такие ужины? – удивляется мама.
– Нет, я попросил повара приготовить что-нибудь необычное для особых гостей, – объясняет Константин и переводит взгляд на меня: – Если бы ты знала, Катя, как я рад, что вас нашёл!
– Вы не особо-то нас искали, – бурчу я, и мама толкает меня коленкой под столом.
– На самом деле искал… – вздыхает хозяин этого большого дома.
Ага, ага. Так я ему и поверила.
Ужинаем молча. Еда вкусная, но не лезет в рот. Чувствую себя отвратительно в этом дорогущем доме, по-другому и не скажешь. Вот как, значит, Максим обедает, завтракает и ужинает.
Встаю, спрашиваю, где тут туалет. Домработница радостно изъявляет желание меня проводить.
Мы идём по коридору, поворачиваем направо. Тут как будто из-под лестницы выскакивает Макс и, преграждая нам путь, говорит:
– Дальше я сам провожу нашу гостью, иди, Света.
Домработница кивает и разворачивается, чтобы уйти. Я борюсь с желанием схватить ее за руку, остановить. Сама себя одёргиваю. Глупости какие… Не боюсь я его. Да, нестандартная ситуация, но не бандита же я встретила в подворотне, а всего лишь бывшего парня.
Скрещиваю руки, спрашиваю:
– Давно тут караулишь?
– Давно ты знаешь? – отвечает он вопросом на вопрос. Я приподнимаю бровь.
– Знаю о чем?
Макс хмыкает:
– Поверить не могу, как интересно получается: мой отец мне неродной, зато, оказывается, родной тебе… Не поверю, пока не получу доказательства… Что-то здесь нечисто. Сделаешь тест ДНК.
– Размечтался! – бросаю я.
Макс делает несколько шагов вперёд и припечатывает меня к стене. Я толкаю его в грудь, чтобы отошёл:
– Я сама этому не рада! Никакого теста делать не нужно… Я этого человека никогда своим отцом считать не буду. Когда мама с ним разведётся, мы обе его забудем.
Максим начинает почти искренне улыбаться.
– Ещё пожениться не успели, а уже «когда разведутся» у тебя. Как интересно. Я тебя, Катя, вообще не знаю, оказывается.
Вскидываю подбородок вверх:
– Так и есть. Как и я тебя…
Некоторое время мы молчим, а затем он спрашивает:
– Может, расскажешь, как так получилось, что ты его дочь?
Мне вдруг становится невыносимо тесно, хоть Максим и сделал два шага назад… Я вдруг подумала, что, если бы не эта встреча наших родителей, мы бы тут не разговаривали. Мы бы вообще больше не увиделись. Но больше всего меня огорчает то, что я расстроена от осознания этого факта.
Сама не пойму, почему расстраиваюсь.
– Не хочу тебе ничего рассказывать, у отца потом спросишь. Где туалет? Проводишь или нет?
Парень хмыкает и показывает рукой:
– Вон туда.
Я разворачиваюсь, собираясь уже уйти в нужном направлении, как Максим произносит:
– Смотри, как быстро адаптируешься, ведёшь себя уже как дома… Что, сестренка, скоро жить вместе будем?
Меня всю передёргивает от его «сестренка». Хочу прошипеть ему, что «любимая сестричка» у него уже есть.
– Ещё увидимся! Пока, – бросает он мне в спину.
Голос такой веселый. Смешно ему, значит! Я не знаю, что ответить на эти слова, поэтому просто следую до туалета, не оборачиваясь.
В туалете первым делом бросаю взгляд на себя в зеркало: щеки горят нездоровым румянцем. Как мне не хочется здесь жить… в этом ужасном доме, видеться с ними со всеми.
Может, свадьба мамы все же не состоится и мне не придётся проходить через весь этот ад?
Я давно не ребёнок, но в голове возникают ужасные пакостливые мысли: может, сделать так, чтобы свадьба не состоялась?
Визажист сильно задерживается. Мама расстроена.
– Ну что ж, все равно гостей почти не будет на свадьбе, накрашусь сама, – вздыхает она и берет косметичку в руки.
– Хочешь, я тебе помогу? – спрашиваю я.
– А ты разве, Катя, краситься умеешь?
– Мам, ну, конечно.
– Давай.
Беру основу под макияж, затем наношу тональный крем. Крашу глаза. Мама замечает:
– Как хорошо получается. Я и забыла, что у тебя есть опыт… В обычной жизни ты не красишься. А перед выступлениями всегда.
– Да, перед выступлением положено.
В этот момент как раз появляется мамин визажист и доделывает за меня всю оставшуюся работу. Кажется, она недовольна тем, что я успела сделать, но молчит. Потому что сама опоздала.
Я с грустью осматриваю квартиру с коробками. Мою комнату… Я привыкла к этому месту, пусть это и простая съемная квартира. Она мне нравилась.
Одна я здесь не останусь. Без мамы это место будет казаться пустым.
После того как визажист уходит, мама смотрит в зеркало, поправляет причёску. На ней обычный костюм белого цвета, далёкий от свадебного платья, но все равно сразу видно, что она невеста.
