Эта ненормальная напоминала мне маленькую перепуганную девочку, впервые встретившуюся с опасностью лицом к лицу. Но, вместе с тем, в её глазах я видел сильную и уверенную в себе женщину, чья отвага и бесстрашие могли победить абсолютно любой, даже самый сильный в мире страх.
Я отвел свой взгляд и отвернулся.
Что-то внутри словно мешало сделать эти несколько шагов. Уйти и забыть. Выбросить из головы. Удалить из памяти.
Выругавшись про себя и, отбросив в сторону все эти въедливые мысли, вернул своему разуму привычное хладнокровие, но успел сделать лишь несколько шагов.
– Подождите, - её голос был едва слышен, но отзывался в сознании с такой силой и таким звучанием, что даже крик сейчас показался бы самым простым шепотом. Я слегка замедлил шаг, ощущая, что не в силах контролировать собственное тело, которое, черт подери, сейчас полностью подчинялось её мягкому тембру. - Спасибо, - выдохнула она, и я почувствовал, что она подходит ближе. - За оба раза. Я не хотела, чтобы так вышло, и…
Сжал руки в кулаки и решительно зашагал прочь. Оставив её позади и, не желая выслушивать, что она скажет дальше. Пусть это будет грубо и безразлично с моей стороны и пойдет вразрез с тем поведением, которое я обычно позволял себе по отношению к женщине. Пусть. Плевать. Сейчас я буду именно таким - невоспитанным и эгоистичным грубияном. Потому что в настоящий момент это единственное возможное решение.
Вспомнил, сколько осмысленности и мужества увидел в её глазах… какую невероятную палитру из самых разнообразных качеств смог разглядеть… и, увидев все это, не понимал, почему она поступила столь безрассудно. Почему вышла на эту чертову дорогу и стояла там, ожидая, пока…
Нет. Мне незачем знать причину. Я не должен думать об этом. Не должен думать
Я не могу чувствовать. Просто не имею права. Сантиментам нет места в моём мире.
И никогда не будет.
- Добрый день, мистер Бейкер, - Элис быстро встала со своего места, а гул, который до этого момента стоял в приемной, моментально прекратился.
– Скажи Полу, чтобы зашел ко мне в кабинет, - отчеканил, не удостаивая её даже взглядом и стремительно направляясь к своей двери. - И побыстрее.
– Да, сэр, - она тут же потянулась к телефону, быстро набирая уже наизусть заученный номер, а остальные засуетились за своими рабочими местами, судорожно стараясь показать своему начальнику, что все это время были заняты только работой.
Кто-то пытался незаметно скинуть стаканчик с кофе в урну, а кто-то прятал недоеденные батончики в выдвижной ящик. Одни с испуганными глазами сворачивали лишние программы на своем компьютере, а другие убирали со стола все то, что не имело непосредственного отношения к работе.
Каждый раз я становился свидетелем одного и того же. Того, как мои сотрудники делали все что угодно, но только не работали.
Разве я когда-то был снисходительным и понимающим начальником? Одним из тех, которые улыбаются своим работникам, пьют с ними кофе и беспокоятся о проблемах, произошедших в их семье? Возможно, когда я решил дать этим людям шанс, то принял неверное решение. А ошибаться я очень не любил.
Резко распахнув дверь, бросил пакет на диван и начал расстегивать оставшиеся целыми пуговицы на своей рубашке. Заметив на столе записку, взял её в руки и развернул, мгновенно узнавая почерк.
Смял записку и одним движением бросил в стоящую в другом конце кабинета урну.
Холли Тревис. Её знали, как дочь своего отца. Дочь одного из самых известных и влиятельных людей в мире. А я знал её, как дочь человека, который когда-то собственными силами поднял «Даймонд Констракшн» с колен и спас мою семью от падения в бездонную пропасть. Ту самую пропасть, к которой её подтолкнул Томас Бейкер.
Ту пропасть, из которой не все сумели выбраться.
– Эй, ты бы хоть дверь закрывал, прежде чем устраивать стриптиз, - усмехнулся Пол, заставляя меня моментально переключить свои мысли. - А то ведь все эти милые женщины в коридоре совсем перестанут работать.
