Больше они не медлили и не тратили время на разговоры, а начали действовать. Осторожно, с безумной аккуратностью они выползли из-за крепости и спрятались за ближайшим деревом, оценивая ситуацию. На стороне противников была Марьяна Валькина — красивая брюнетка и мастер по лепке из полимерной глины. Эта девушка и правда имела талант к рукоделию и занималась уже шесть лет таким родом занятий. Поэтому шарики со снега этого лагеря были крепкими и не разлетались при полете. А еще, считая скорость, с которой лепила Валькина, то в этом Янина команда явно проигрывала противникам. Поэтому уничтожить запасы врага было очень важно. Сама не замечая этого, Рыбакова схватила парня за руку и потянула вперед, сосредоточено осматриваясь по сторонам. Сейчас ей не были важны их личные отношения, ведь битва на самом-то деле важнее. А вот Максим замечал все. Начиная от невинной улыбки, заканчивая вот таким вот касанием. Эта девушка и правда заняла все его мысли, но при этом оставляя рассудок чистым. Ему было приятно, что она не брезговала касаться его, зная, какая мразь он внутри.
— Максим, — зашипела девушка, — ты слышишь? — она легко дернула его за руку и нахмурилась. Табаков уже несколько минут неподвижно стоял и смотрел на нее, будто околдован чем-то непонятным. Яне в голову даже не пришла такая идея, что он задумался о ней, сейчас ее больше бесила заторможенная реакция этого человека, ведь ситуация требует резкости и аккуратности. Она явно заигралась. — Ей! Табаков! — собственная фамилия немного пробудила темноволосого от непонятного сна, и он удивленно посмотрел на злую гримасу Яны. Какая же она сейчас красивая. Немного влажные, волнистые, с мелкими снежинками, волосы красиво спадали с острых плеч девушки, яркие, легко подведенные глаза с длинными объемными ресницами осуждающе смотрели на Максима, а нахмуренные брови, между которых проявилась почти незаметная морщинка, додавали шарма ее взгляду. Он чувствовал влажность и холод, исходящий от руки Яны. Она замерзла, ведь даже ее щеки немного порозовели, а губы приобрели легкий синий оттенок. — Если ты сейчас не…
Ему так хотелось согреть ее…
И он согрел…
Теплые, даже горячие, немного сухие губы прикоснулись к ее. Настолько резко и неожиданно он это сделал, что Яна даже не успела издать хоть какой-то звук. Свои теплые ладони он переместил ей на лицо, нежно очертя контур ее лица, затрагивая пальцами шею и опуская руки именно на нее. Мелкая дрожь прошлась по телу Рыбаковой, которая положила свои ледяные руки на его. Ее ноги даже немного подкосились, но девушка быстро взяла себя в руки.
Впервые этот парень нежно ласкал губами и языком кого-то при поцелуе. Он давал ей возможность руководить процессом, но не дал возможности отступить. Да она и не хотела. Где-то внутри, в животе, что-то свело судорогой и взорвалось на губах.
Этот поцелуй не просто согревал.
Он обжигал.
И сердце. И душу.
Когда эта сладка пытка для двоих закончилась, Максим легко обнял Рыбакову, спрятав ее руки в свои карманы. Уже сейчас ему было плевать на всю эту битву, ему хотелось повезти ее в кафе и согреть горячим капучино или чаем. А лучше еще одним таким поцелуем. Яна не отстранялась, ей было уютно и тепло в объятиях этого человека. Еще насколько недель назад она терпеть его не могла, постоянно унижала и оскорбляла, а теперь стоит в обнимку и наслаждается его присутствием.
— Нам нужно закончить начатое, — эти слова сорвались с ее губ быстрее, чем она сообразила, что сказала. Даже в такой момент Рыбакова чувствовала ответственность за свою команду и ни в коем случае не хотела их подвести. А покидать пределы поля битвы перед окончанием войны — предательство. На эти возможности ей было плевать, она и так делала, что хотела и не собиралась никому подчинятся, а вот некоторые люди нуждались в ее поддержке и уме. Холодная расчетливость и умение логично мыслить делали ее хорошим бойцом. К сожалению, Света ушла домой, ведь не взяла перчаток и вообще была очень легко одета для такой игры, но это не мешало девушке развлекаться самостоятельно.
«Приветик, дорогой дневник! Сегодня утром мне было тяжело проснуться. Возможно, это потому, что я вчера поздно легла. В последнее время в школе много задают. На завтрак мама приготовила совершенно невкусный омлет. Из-за этого мы поссорились. Я не виновата, что она не умеет готовить, как папа!
Дорогой дневник, мне его так не хватает. Уже прошло довольно прилично времени, но я никак не могу забыть то, что случилось. Только сейчас я поняла, насколько важную роль исполнял мой отец и что я его не ценила. Он говорил важные и умные вещи, а я всего лишь смеялась и считала его неразборчивым в современной моде.
А также мама почти не ночует дома. Она не обращает на меня с Денисом внимания и ходит вечно занятая. Вся забота о брате теперь на мне, но я не жалею, ведь он единственный, кто поддерживает меня сейчас. Знал бы ты, дневник, как мне плохо! Это чувство одиночества грызет меня изнутри, я не могу избавиться от него.
