Мы не успели проснуться, как первого января к Вите в гости заглянули его друзья: Антон с девушкой Юлей. Пришлось быстренько привести себя в порядок, побороть внутреннее смущение, потому что Шестаков просто нагло пожирал меня взглядом. Казалось, ему неважно, есть посторонние в квартире или нет. А уж когда он приобнял меня и стал целовать в шею, мы сидели тогда за столом, обсуждали фильмы, я окончательно покраснела. Потом, конечно, отругала его, но ему хоть бы что. Три раза кивнул и снова принялся лезть обниматься.
Второго числа мы поехали к родителям. Мама накрыла праздничный стол, он ломился от разнообразия блюд: мясо, закуски, салаты, пирожки. Я спросила, не звонил ли отец, но, как выяснилось, он даже не написал банального сообщения вроде тех, которые присылают друг другу родственники под бой курантов. Не сказать, чтобы меня особо задевало его поведение, но маму было немного жаль. Она явно не ожидала такой реакции, думала, что хотя бы ради Матвея папа одумается, сын все-таки. Однако он не одумался.
Зато Олег Николаевич удивил: накупил нам всем подарков, всячески старался поддержать маму и даже предложил ей работу секретарем у себя в офисе на полставки и с хорошей зарплатой. Я была удивлена, а Витя, наоборот, словно ждал, когда в наших жизнях начнется белая полоса. И она, кажется, началась.
Пятого числа я поехала собирать вещи. Сама так решила, Витя не настаивал, пусть и периодически намекал:
– Я тебя никуда не отпущу, – сказал он как-то, когда мы смотрели вместе телевизор в гостиной.
– Мой гардероб – твой гардероб. Больше тебе не нужно возвращаться на ту квартиру, – а это было, когда я запачкала единственную кофту и мне не во что было переодеться.
Безусловно мне было приятно, что Витя не давит, а терпеливо ждет, когда я созрею сама. Поэтому стоило только Шестакову уехать в офис к отцу, как я поспешила на квартиру, чтобы собрать вещи. Думала, быстро разберусь, у меня-то и одежды толком не было, всего два ящика в комоде. Но по итогу набралось аж четыре больших сумки и маленький пакетик с канцелярией. Откровенно говоря, стало немного грустно прощаться с местом, где я прожила пусть и недолго, но то были неплохие деньки. А еще мысленно я задавалась вопросом, куда же делся Димка, вдруг с ним приключилась беда? Вдруг ему нужна помощь? Он так и не ответил на мое поздравление с Новым годом, а на столе в его комнате лежал нетронутый подарок.
Я горестно вздохнула, даже написала записку, чтобы этот вредина позвонил и вообще наконец-то вышел на связь. Оставила ее на самом видном месте, на кухонном столе, и направилась к выходу. У дверей я остановилась, окинула взглядом коридор. В воспоминаниях вспыхнул тот день, когда мы впервые переступили порог этой квартиры с Димой. Он тогда скривил губы и сказал, что здесь слишком мрачно. А мне, наоборот, показалось – отличная атмосфера.
– Надеюсь, ты скоро выйдешь на связь, – прошептала я, вытащив телефон из кармана. Мои смс так и остались без ответа, а номер Люкова был по-прежнему не доступен.
12 января
В небольшом помещении цокольного этажа было довольно душно, отопление работало на полную мощность. И как назло окон здесь не было, оставалось только пить воду и периодически выходить на улицу, чтобы не помереть от отсутствия кислорода. И Дима, откровенно говоря, даже радовался, что находился в офисе от силы часа три, остальное время он проводил в «полях».
Заказчик в этот раз попался сложный, вернее, задание у него было сложное. Нужно было тайно следить за девушкой, то есть дочкой этого самого клиента. Вроде как ей угрожала опасность, но за три недели Дима не обнаружил ничего. Максимальная опасность, какая могла угрожать этой девчонке, так это измена ее жениха. В остальном довольно спокойно.
Иногда Димка уставал следить за ней и просил заменить себя мужиков, сам же возвращался в это мрачное помещение, которое называл офисом. Садился в кожаное кресло, скреплял руки на животе, вскинув голову к потолку. Он мечтал скорее закончить с заказом, больно скучное было занятие. Пришлось даже Новый год встретить не за столом, хотя Дима и не планировал ехать домой. Он предполагал, что Рита уедет к своему Ромео, а может, они засядут в их квартире.
Витю Димка не любил. И тут дело было не в какой-то мужской неприязни. Поведение Шестакова для Димы было непонятным, а поступки его казались больно глупыми, детскими. Ну как можно поверить, что кто-то вроде Риты, переспит с кучей парней? Такая дикость! Марго и сама, конечно, виновата, повелась на угрозы золотых деток. Но все же Витю Дима винил больше, считая, что тот, вероятно, никогда и не любил Маргариту.
