В январе 1945 года начался разгром врага на территории Восточной Пруссии. Это были трудные бои. Гитлеровцы превратили Восточную Пруссию в неприступную крепость. После тяжёлых схваток с фашистами на пути к Кёнигсбергу в конце марта воины 1-го Прибалтийского фронта сосредоточились у стен вражеской цитадели. Штурм Кёнигсберга начался 6 апреля 1945 года. От сокрушительных ударов нашей артиллерии город горел. Огромные клубы дыма поднимались к небу. Гитлеровцы вели мощный ответный огонь и бросались в яростные контратаки. К исходу 9 апреля гарнизон Кёнигсберга, очага прусской военщины, капитулировал, разгромленный советскими войсками за четверо суток. А на следующее утро, на ещё дымившихся развалинах поверженной крепости, Николай Иванович, радостный и возбуждённый, почерневший от усталости, говорил своим однополчанам:
– Ну, всё, ребята! Считайте, до полной победы теперь рукой подать! Вот только столкнём фрицев в море на Пиллау, на Зенландском полуострове, – и поставим точку в войне. Берлин уж, видно, без нас возьмут. Один последний бой только и остался…
Незабываемый День Победы застал Николая Ивановича в городе-крепости Пиллау. К этому времени на его гимнастёрке сверкали орден Красной Звезды, орден Отечественной войны второй степени, медали «За участие в героическом штурме и взятии Кёнигсберга» и многие другие награды Родины.
Каждая боевая награда – живая память о серьёзном боевом рубеже. О городе, посёлке, высоте, об одном из славных этапов трудного фронтового пути. До последнего дня войны находился Н.И.Крохин в боевом строю. И на всём долгом пути мечтал вернуться в родное село. И вернулся. Нелёгкие были эти дни. Война наложила свою жестокую печать на каждое селение, даже тыловое. Не обошла она и село Подхожее. Самое страшное – более 100 односельчан не пришли с войны.
– И вроде вины моей в этом нет, – говорит Николай Иванович, – но всё же перед вдовами и их детьми я как-то до сих пор чувствую себя виноватым….
Напрасно сомневается фронтовик: он, как и миллионы других советских воинов, с честью выполнил свой долг перед Родиной. Именно они, советские воины, и те, которые спят вечным сном в братских могилах, грудью встали на защиту Отечества и спасли мир от «коричневой чумы».
Вечная им слава! Вечная память тем, кто отдал свою жизнь за наши свободу и счастье!
Сегодня Николай Иванович Крохин на заслуженном отдыхе, на пенсии. Вся эго жизнь, любовь к родному Отечеству – достойный пример для молодых.
51 год отделяет нас от мая 1945 года, когда окончилась самая жестокая, самая кровопролитная война. По размаху и ожесточённости сражений, по участию государств и народов, по количеству жертв и разрушений Великая Отечественная война не знает себе равных в истории человечества.
Время всё дальше отдаляет нас эти годы, когда 180 фашистских дивизий вероломно нарушили границы нашей Родины. Кого из ветеранов ни спроси, каждый в деталях помнит тот день 22 июня, день, с которого был начат отсчёт времени к Победе над врагом. Старшее поколение помнит слова песни, которые звучали, как набат: «Вставай, страна огромная, вставай на смертный бой!» На смертный бой поднялся весь многомиллионный народ.
Сотни мужчин, парней из наших сёл и деревень ушли на фронт. В Великой Отечественной лучшими воинами были колхозники, рабочие, передовики труда. Может быть, потому, что война – это в первую очередь труд? Труд самый изнурительный из всех, без отпусков, без выходных, по 24 часа в сутки.
Кто может сосчитать, сколько ночей не доспал старший сержант Филипп Горюнов, сколько прошагал и прополз километров по снегу, под дождём, под палящим солнцем с полной выкладкой за плечами. Сколько за войну вырыл он траншей и окопов, сколько построил блиндажей? Кто может сказать, сколько раз, поборов страх, поднимался сержант первым в атаку, сколько раз, преодолев боль, усталость, а порой и отчаяние, держался из последних сил, подбадривая ослабевших, вытаскивая из-под огня раненого товарища, вставал на место упавшего.
А был он совсем не былинный богатырь, этот молодой колхозник из села Грынь Калужской области. Был Филипп человеком обыкновенной биографии хлебороба: всю жизнь проработал на селе, помнил свою Грынь ещё нищенской, пять лет батрачил сам. Филипп Иванович был призван в армию в 1939 году и зачислен в 120-ю корпусную артиллерию. Первое боевое крещение получил на Советско-Финляндской войне (в истории она называется «Зимней войной»), непосредственно на финском перешейке в прорыве линии Маннергейма.
В 1940 году уволился в запас, но отдыхать пришлось недолго – грянула новая война. 11 июля 1941 года в составе 3-й гвардейской артиллерийской дивизии особого назначения ушёл на фронт. Вспоминая огненные годы, он говорит, что у них, прошедших финскую войну, возросли боевые качества, уже был накоплен опыт, а кроме того, ненависть к захватчикам росла при освобождении городов и сёл, когда видели слёзы матерей и детей, разрушения, насилия и зверства, творимые гитлеровцами.
