Отдать брата кому-то? Надо отдать… Отдать. Отдать. Отдать. Почему так сложно? Ведь он уже не ребенок и понимает что к чему. На него равняются миллионы, а он сейчас тихо ревет, сидя на холодном бетоне, упиваясь слезами. Глаза в потолок. В темноту. Тут его никто не найдет. А лучше пусть кто-нибудь найдет. Билл расскажет всю правду. Пусть весь мир узнает, пусть весь мир его ненавидит за его любовь. Только он не перестанет любить. Он не сможет…
Том вернулся к себе в комнату. Вышел на балкон. Красивый вид. Как и везде. Все эти города одинаковы, только пахнут по-разному. На душе больно и погано. Дерьмо. Брат спятил, его утащила в свою сумасшедшую нору очередная шиза. Всё не так. Он уселся на перила. Упасть с двадцатого этажа, сейчас было не страшно. Закурил, перекинув одну ногу в пропасть. Расслабился, откинулся на стену, надо просто забыть. Забыть все, что было. Ведь он обязан, он должен отучить брата любить себя вот так, как приучил любить. Где те чувства, которые он испытывал к нему? Он ведь так хотел, чтобы Билл принадлежал ему одному. Только ему. А сам? Он же в тот момент не думал о том, что придется отказаться от всех подружек, что он будет обязан быть верным брату. Быть верным брату. Как-то странно звучит. Сердце неприятно колотилось где-то в горле, хотелось плакать, хотелось, чтобы брат был рядом…
Этим двоим хотелось одного и того же, просто шли они к этому разными путями. По законам их жизни они должны быть такими, какими их хотят видеть. И наверно, они не имеют право на существование вне игры. Том и Билл Каулитц, эти имена знают все. Весь мир кричит о них. Кто-то по ним плачет, кто-то ненавидит. От чего приходит ненависть? От того, что занять место близнецов невозможно. А очень хочется. Ведь они шикарно живут. В свои двадцать лет они уже объехали полмира. У них много друзей, много денег, возможностей. Со стороны мира, со стороны простых людей, их жизнь выглядит именно так. Безпроблемная, сытая жизнь. Кто так жить не хочет? Все хотят. Вот и ненавидят по-тихому, или крича об этом направо и налево. Их или любят или хотят убить. Докопаться до истины, раздавить как букашек. А они всего лишь люди. Мальчишки, которые в свои 16 лет уже были звездами. Кто бы мог подумать, что у них могут быть проблемы или плохое настроение. Всем очень интересно, почему Билл иногда обматывает свое лицо шарфиком, а глаза закрывает очками? Да он просто не накрасился, пишут фанаты. Нет, он просто не хочет снова лгать, улыбаясь. Он не хочет притворяться. Нет сил на это. Нет, у них же очень простая жизнь. Они по месяцам не видят родителей, спят по 4-5 часов. В конце концов, они не могут сами ходить за своим любимым йогуртом. Ну, и что? Правда, ведь? Главное, что фанатки счастливы? Фанатки рвут на них одежду, надо утащить домой кусочек побольше. Они рвут волосы и дреды. И что? Ну, это не больно ведь? А какой-нибудь милой девушке память на всю жизнь. Они визжат так, что хочется упасть на землю закрыть руками уши. Парни же сказали, что им нравится, когда фанатки кричат. Если парням нравится надо кричать. А вообще Билл говорил, что ему нравится искренность и спокойствие. Физическое. Почему бы не быть спокойными? Автографов хватит всем. Но нет, надо расстрелять пару рядов перед собой, но добраться до кумира. Охрана? Это те лысые дядьки что ли? Пусть только встанут между фанатами и кумиром, останутся без скальпов. Так было, так есть и так будет всегда. В то время как мир строит свою жизнь сам, парням строят их жизнь продюсеры, менеджеры, и ещё несколько десятков помощников. Всё бы ничего, да только братья разучились доверять кому-либо ещё, кроме как друг другу…
Они немного успокоились. Билл так и сидел непонятно где. Теперь он думал о том, как вернуться на свой этаж в свою комнату. Гостиница была очень большой и делилась на несколько блоков, поэтому найти свою комнату будет очень трудно. Тем более, когда не помнишь ее номера. Младший растирал пальцами виски. Сколько он тут уже сидит? В кармане зазвенел телефон, он быстро глянул на дисплей, это был Том.
- Але.- Почти спокойно.
- Ты где, Билл?
- Не знаю.- Ответ, который заставляет Каулитца старшего присесть в кресло.
- Ну, ты в гостинице или как?!
- В гостинице, но я не знаю где. Я выбежал с нашего этажа на лестницу и побежал вверх. Как-то так…- слезы до сих пор не отпускали его. Щас он вдоволь наплачется.
- Я сейчас найду тебя!- Отключился. Билл уставился на светящийся экран. Заставка, его любимая фотография. Лицо спящего Тома. Том ещё не видел. Том бы убил за такую фотографию…
На душе немного спокойнее. Уже не мучает желание самоубиться, самонапиться, самоудалиться из этого мира. Том ведь не просто так позвонил? Или просто так… или…
- Билл…- Том стоял на нижних ступеньках, в упор, смотря на комок где-то в темноте. Его выдал свет мобилки. Билл уставился на брата, тот все понял. Он решил для себя. Всё решил…- Прости, Билл, я готов… я согласен быть только с тобой…
