— Там! — указал пальцем на дверь, ведущую в спальню, парень. Мужчина, отстранив его с дороги, прошел туда.
— Я смотрю, ты очень сильно занят! — гневно прорычал Брендон. — Некогда даже погоревать о погибшем брате!
Тим, увидев мистера Фэрфакса, застыл.
— Надо же быть таким бесчувственным ублюдком! Брата еще даже не похоронили, а ты тут с любовником развлекаешься!
— Мы не любовники! — возразил Дик. — Я просто…
— Заткнись! — яростно прорычал мужчина. — И убирайся!
— Я никуда не…
— Я сказал, заткнись и убирайся, пока я не выкинул тебя за дверь! — Он надвинулся на Дика, парень боязливо сжался, но мужественно не тронулся с места.
— Дик, иди домой, — раздался голос Тима.
— Ты уверен? — нерешительно спросил парень.
— Да.
— Ладно, если что, звони, я приду!
— Хорошо, — сказал Тим. Дик ушел.
— Не очень-то нежно ты попрощался с любовником, — язвительно проговорил Брендон.
— Зачем ты пришел?
— Уж, конечно, не за тем, чтобы вытаскивать любовников из твоей постели! — злобно прошипел мужчина. — Завтра состоится панихида, и ты должен будешь присутствовать.
— Это все?
— Да.
— Я буду, — сказал Тим, он равнодушно смотрел в лицо, которое еще совсем недавно казалось ему самым красивым, самым любимым. Почему же сейчас ничего к нему не чувствует? Какая-то странная пустота заполнила место Брендона в сердце. Тим совершенно бесстрастно разглядывал мужчину, не понимая, что он в нем нашел: да, красивый, высокий, но таких полно. Надо было на характер обратить внимание, а не на внешность. Почему только сейчас понял, что это недобрый и невнимательный человек? Что ему глубоко плевать на других, и единственная персона, которая его волнует, — он сам?
Брендона взбесил этот безучастный взгляд.
— Насмотрелся? — прорычал он.
— Да, свободен! — ровным голосом сказал Тим.
— Что? Как ты смеешь говорить мне такое?
— А почему нет? Ты мне никто, и знать я тебя не желаю.
— Ах, не желаешь? Уже забыл, как кричал подо мной?
— Разве? Не помню.
— Так я тебе сейчас напомню! — Брендон скинул пиджак и двинулся в сторону кровати.
— Убирайся! — вскрикнул парень, когда мужчина навалился на него всем телом. Брендон злобно оскалившись, сдернул с него трусы и перевернул на живот.
— Я думаю, твой любовник хорошо растянул тебя, так что проблем не будет! — сказал он, расстегивая штаны. Мужчина крепко сжал сопротивляющегося парня за бедра и резко вошел в него. Тим закричал от боли.
— Черт, — выругался Брендон. — Узко как, нашел себе любовника с крошечным членом? Или он плохо трудится? — с насмешкой спросил он и принялся двигаться.
Тим молчал, молчал и после того, как мужчина, кончив, покинул его измученное тело. Молча ждал, когда приведя в порядок свою одежду, тот уйдет. Ему хотелось умереть здесь и сейчас. Расстаться с этой постылой жизнью, чтобы не чувствовать боли. Он неподвижно лежал, надеясь на чудо, а вдруг ему повезет и у него остановится сердце?
К ночи у Тима поднялась температура и начались галлюцинации, в своем счастливом бреду он видел уже родившегося малыша и весело смеялся, разговаривая с ним. Засыпал, просыпался и снова играл с малышом, не ведая, что уже началась и закончилась панихида по погибшим брату и невестке, и взбешенный Брендон, проклиная его на все лады, едет к нему домой, предвкушая скорую расправу. Тиму было плевать, его мерзкая жизнь осталась где-то там, далеко и казалась ненастоящей, он был впервые за долгое время счастлив, бегая по высокой зеленой траве за задорно хохочущим малышом.
Таким его и застал Брендон. Мужчина, войдя в незапертую квартиру, пораженно остановился на пороге спальни: абсолютно голый Тим, свернувшись калачиком, непрерывно трясся и улыбался какой-то потусторонней улыбкой на совершенно белом лице. Брендону, наверное, впервые за очень долгое время стало страшно. Он подлетел к парню и потрогал его лоб. „Господи, да он просто горит!“ Мужчина, торопливо выхватив из кармана телефон, вызвал врача. Потом побежал в ванную комнату, смочил холодной водой полотенце, быстро вернулся назад и укрыл им парня. Полотенце слишком скоро высохло, Брендон успел сменить его несколько раз, прежде чем приехал врач.
— У молодого человека очень высокая температура, — сказал врач, рассматривая градусник.
Брендон хотел заорать, что это он понял и без него, но сдержался.
— Непонятно, чем она вызвана, признаков простуды или гриппа нет, — выдало светило медицины и принялось копаться в своем чемоданчике. — Сейчас я сделаю жаропонижающий укол и, если пациенту не станет лучше, я вынужден буду настаивать на госпитализации. — Он ловко всадил в ягодицу парня шприц и ввел лекарство. — Нужно, чтобы рядом с ним кто-нибудь все время находился и постоянно измерял температуру.
— Я с ним останусь! — заявил Брендон. — Так вы мне скажете, что с ним?
— Не знаю, может, идет какой-то воспалительный процесс, а может, это нервный срыв. Без анализов я не могу сказать точно.
— Нервный срыв?
— Да. Было в последнее время что-то, что могло спровоцировать такую реакцию? Может, неприятности, какие?
— Брат погиб.
