Илья развернул главного героя и направил его к двери, у которой нажал клавишу с буквой E. Ручка повернулась, щёлкнув замком, и дверь без скрипа открылась. Илья чуть вздрогнул от неожиданности и автоматически повернул голову, чтобы посмотреть на дверь в свою комнату. Ему послышалось — замок действительно щёлкнул. Глазам, привыкшим к свету монитора, нужно было привыкнуть к мраку, поэтому Илья смотрел не на саму дверь, а чуть выше, чтобы видеть очертания. Вроде закрыта…
Жуткое чувство чьего-то присутствия — не в комнате, где он сидел, а за дверью. В воображении ему рисовалась картина поворачивающейся ручки, медленно открывающейся двери, а затем… Он прервал эту фантазию. Он всё-таки себя переоценил — не учёл свою впечатлительность. Смартфон показывает шестой час утра. На улице стало чуть светлее. Надо бы поспать, но спать не хотелось. Он играл всего несколько минут, — даже не играл, а «пробовал на вкус», — но этого хватило, чтобы оценить жуткую атмосферу игры на десять баллов из десяти. Впрочем, он не исключал возможности, что его мозг устал и потому он воспринимает игру именно так. Но игра ему определённо нравилась, и хотелось посмотреть, что там дальше. С другой стороны, он ощущал необходимость выключить её, чтобы снять нервное напряжение. А если выключит сейчас, то продолжит только ночью.
Для хоррора и триллера лучше всего подходит ночь, когда сидишь дома один, с задёрнутыми шторами, в наушниках и без света. И желательно, чтобы никто не отвлекал (не звонили по телефону или в домофон). Только тогда достигается максимальный эффект. Только тогда по-настоящему испытываешь тревогу, страх, ужас. А если ты эмоциональный и впечатлительный, то можно доиграться до галлюцинаций.
Но проверять свои нервы Илья всё-таки решил ночью; а сейчас нужно поспать.
Перед тем как заснуть, он думал об игре и о том, что, когда проснётся, обязательно расскажет о ней Серёге.
На этот раз кошмары Олю не мучили. Правда, состояние, в котором она находилась несколько секунд назад, вряд ли можно было назвать сном. Но сейчас она об этом не думала, поскольку и приснившегося не помнила. Зато чувствовала лёгкую тошноту и тупую боль в голове. Слышала шум падающей из душа воды. Попробовала сесть. На мягком коврике особого дискомфорта не чувствовалось, однако тошнота не проходила, а голова заболела сильнее.
«Блин…» — поморщилась Оля, схватившись рукой за лоб. Рвотных позывов она не ощущала и с пола подниматься не спешила. Пару раз глубоко вдохнув и выдохнув, пытаясь избавиться от неприятного чувства в желудке, она посмотрела на свою руку. Крови нет, хорошо. Ей очень повезло: лбом-то она ударилась не о коврик, а о голый кафель, но, схватившись за шторку, видимо, немного замедлила своё падение и оттого смягчила удар.
Что ж, ей действительно повезло. Она попыталась встать. Головокружение. Но тошнота чувствуется уже меньше. Она переключает кран с душа на сплошную струю, наклоняется над раковиной и ополаскивает лицо холодной водой. Потом смотрится в зеркало. Вспоминает, что произошло, свою галлюцинацию. Или не галлюцинацию?..
«Вряд ли я готова к такому», — говорит себе. Читать, набираться знаний, интересоваться неизвестным, малоизученным или вообще неизученным — это, конечно, здорово, но почувствовать на себе… почувствовать именно так… Оля качает головой, забыв про боль, которая тотчас напоминает о себе.
«Ладно, приложу лёд, потом повешу шторку обратно», — мысленно проговаривает план действий. Чтобы не провоцировать боль, она не спеша вытирает влажные после душа участки кожи, накидывает сорочку и выходит из ванной. Сейчас её уже ничего не пугает и не тревожит. Неосознаваемое внутреннее чувство безопасности от того, что худшее позади, плюс головная боль и почти исчезнувшее чувство тошноты сделали своё дело. Оля прошла на кухню и достала из морозилки несколько кубиков льда.
Солнечный свет вовсю проникает в окна, тепло. Из шкафчика над плитой она достаёт марлю и заворачивает в неё лёд. Прикладывает ко лбу и сразу чувствует облегчение. Придерживая одной рукой марлю, другой берёт из холодильника бутылку простой воды, наливает в стакан (он стоит на столе). Садится за стол, поближе к окну, и медленно пьёт.
Город просыпается. Солнце поздней весны поднимается всё выше, жёлтым светом отражаясь от окон домов, стёкол и крыш машин, как припаркованных, так и заполонивших дорогу и останавливающихся, чтобы пропустить пешеходов. Последних становится всё больше.
Как хорошо, что у неё сегодня выходной, поскольку в нынешнем состоянии вряд ли можно сосредоточиться на работе.
Коротко подумав о работе (она психолог в средней школе №9), Оля почти сразу забывает о ней. За окном утренняя суета, но, конечно, не так оживлённо, как в будни.
Маленькими глотками она пьёт воду. Лёд немного подтаял, однако голова ещё болит, хотя уже слабее. Полная женщина в возрасте с внушительных размеров сумкой в одной руке пошла через проезжую часть в то время, как начал мигать зелёный свет светофора.
