У Криса есть ночное зрение, отметила я походя. И отчего-то именно эта мысль вернула меня в реальность. Ойкнув, прижалась к истинному, снова прячась на широкой мужской груди. Я ужасно не хотела больше переживать смерти тех, кто уже давно умер, и боялась встретиться с ними взглядом.
– Тише, родная. Все закончилось. Не бойся, – шепнул мой некромант, поглаживая меня по спине.
Только сейчас я поняла, что больше не ощущаю нитей, что связывали меня с восставшими, и выдохнула с облегчением. Но Кристобаль не спешил выпускать меня из объятий, а мне было так хорошо и спокойно в его руках, что я не могла себя заставить отодвинуться.
– Племянник, ты, как всегда, ведешь себя неподобающим образом, – усталый голос Яриссы Прим ворвался в мою уютную реальность, разбив ее вдребезги. – Но я тебе благодарна. Все мы.
Нестройный гул голосов стал тому подтверждением, а мне все же пришлось отодвинуться от Кристобаля. Делая это, я понимала, что мир уже никогда не станет прежним.
– Что это было? – спросила, боясь поднять взгляд на декана.
– У меня тот же вопрос. Что это, демоны вас задери, было, адептка Риано? Вы нарочно это устроили?
– Она специально! Я видела, как Риано набрала целую горсть крови! – взвизгнула Кристина, одна из прихлебательниц Блависсы Аун.
Тут мнения разделились, и среди адептов мгновенно разгорелся жаркий спор, в котором на мою защиту встали Шон и Гаррет, а еще Майа Эшли. Правда ее робкие попытки почти никто и не заметил. Но парни звучали весьма убедительно:
– А я вам говорю, она не могла это контролировать! – рычал волком Гаррет. – Вы через это не проходили, не вам судить!
– Из-за нее мы могли погибнуть! – подливала масла в огонь Кристина, и ее визгливый голос отражался под сводами склепа.
– Кристина права. Риано явно что-то нарушила. Она всегда бунтует. Уверен, и в этот раз не обошлось без ее придури! – на сторону Кристины встал и Аарон Шейк, одиночка и язва.
Остальные одобрительно загудели, бросая на меня враждебные взгляды.
– Я на тебя посмотрю, Аарон, когда придет твой черед пройти ритуал! На всех вас! – не сдавал позиции Гаррет, поочередно указывая пальцем на ребят.
– Скажите еще, что дело в том, что Амалия надела что-то яркое под платье, – своим примером Шон указал на абсурдность таких обвинений.
Мне показалось, что еще чуть-чуть, и дело дойдет до драки.
– Они за тебя горой, – тихо, чтобы услышала только я, отметил Кристобаль. – Я ревную. Ничего не могу поделать…
От его шепота, я вновь покрылась мурашками и бросила короткий взгляд на истинного.
– Тихо! – рявкнула Ярисса Прим, привлекая внимание. – Риано?
– Я ничего не делала нарочно, декан Прим. Не собиралась устраивать бунт. Просто мне…
Запнулась, не зная, как объяснить то, что почувствовала тогда. Перед самым ритуалом.
– Что? – декан буравила меня внимательным взглядом. – Расскажи нам, Амалия. Это может быть важным.
– Вспомни все до мельчайших деталей, Ами, – Крис погладил меня по плечу, совершенно не стесняясь окружающих.
– Я… Мне не хотелось проходить этот ритуал.
– Ей не хотелось, видите ли! А теперь нам ждать целый месяц! – возмутилась Кристина.
– Это упущенное время, – поддержал ее Аарон.
– Кто еще раз откроет рот без разрешения, убью. А затем подниму и сделаю учебное пособие для лекарей, – негромко произнес Кристобаль, ни на кого не глядя.
В склепе, к слову, изрядно разгромленном, воцарилась такая тишина, что даже мертвым стало некомфортно. Декан только закатила на миг глаза, но ничего не сказала, по-прежнему, внимательно глядя на меня.
– Я не сама не хотела. Это было точно предчувствие. Я и кровь не желала проливать на землю, потому что остро ощущала – быть беде… Если бы я имела дар оракула, то толкование было бы однозначным – не делай этого, Амалия! А потом, когда все произошло, тьма показалась мне живой. Она поглотила меня без остатка, точно свежая могила, а дальше я ничего не помню. Совсем. Когда пришла в себя, рядом уже был Крис… Кристобаль, а вокруг – бой.
– Ясно, – кивнула, декан Прим. – Тогда это моя вина. Я не думала, что на такое способны первогодки, но… В общем, это было прозрение некроманта. Иногда такое случается, но как правило только у опытных. И лучше такие прозрения не игнорировать. Я сомневаюсь, что подобное случится с кем-то из вас. Сколько себя помню, прозрений у адептов не случалось. Но должна вас предупредить: впредь обязательно уведомляйте преподавателей о подобном. Обязательно! Вы поняли?
Ответом ей был нестройный хор голосов.
– Отлично. На сегодня занятие окончено. Если кто-то ранен, марш в лазарет! Даже если просто поцарапались о собственную пуговицу. Это ясно?
И снова адепты закивали, потянувшись к выходу. Убедившись, что в склепе больше никого не осталось, Ярисса Прим поравнялась с нами:
– Крис, позаботься об истинной. Если бы не ваша связь… – она не договорила, лишь покачала головой и принялась подниматься по ступеням.
Она знает?! Я проводила стройную спину декана взглядом, отметив, что ее одежда местами испачкана чем-то мерзким. Затем повернулась к Кристобалю, осознав, что мы остались с ним наедине.
