Я беру старый ноутбук, который мне отдала тетя Маша, и принимаюсь искать информацию в интернете. Я очень долго избегала мысли о продаже собственного тела. Меня физически тошнит, когда я об этом думаю. Но или это, или я окажусь на улице, а Коля в интернате.
Я просматриваю разные сайты, и моя тошнота усиливается, когда я вижу запросы от мужчин. Примерно через час я собираюсь закрыть ноутбук, но мой взгляд натыкается на рекламу.
Проводится отбор претенденток на участие в аукционе девственниц. Логотип внизу мне слишком хорошо знаком. Я нажимаю на форму заявки, там есть более подробная информация. Дочитывая до конца, я чувствую, как возвращается надежда. Это может быть именно то, что мне нужно. Мне нужно было бы переспать с победителем торгов всего один раз. Половина суммы отошла бы мне. После у меня будет эксклюзивный контракт на работу в клубе на втором и третьем этажах. При этом работать можно было бы только в баре, без принуждения на секс с клиентами.
Я быстро заполняю анкету и молюсь, чтобы Данила ее не увидел. Ладно, унижения от него, это я ради брата переживу. Но вдруг Данила из вредности забракует мою анкету? Отправив анкету, я закрываю глаза. Паника разрастается, но анкету не отозвать.
«Будь храброй, Рина, будь сильной, и ты станешь такой, какой тебе предназначено быть», – это последнее, что мне сказала мама. Эти слова и сейчас поддерживают меня.
Наконец я сворачиваюсь калачиком и засыпаю.
Я просыпаюсь от звонка телефона, с трудом понимая, что вообще происходит.
– Алло?
– Екатерина, это Сергей Буревой.
Мое сердце замирает.
– Здравствуйте, Сергей.
– Я получил вашу анкету.
– Вот как, – тихо отвечаю я, мне становится очень стыдно.
– Вы уверены, что хотите этого?
Секунду я медлю. Конечно, я этого не хочу! Но нищим выбирать не приходится. Рассказывать о своих проблемах я не буду. Хватит того, что я вывалила вчера.
– Да, я уверена. – Я пытаюсь сохранять спокойствие, но голос дрожит.
– Очень хорошо. Мы обсудим это на следующем собрании менеджеров и сообщим, прошли ли вы в следующий тур.
– Следующий тур?
– Да, у нас уже более пятидесяти анкет, а девушек пока нужно всего пять.
Вспыхнувшая вчера надежда тут же затухает.
– Вот как…
– Екатерина, я хочу, чтобы вы знали, что я болею за вас. – Голос Сергея смягчается.
– Почему?
Мужчина смеется, и смех у него глубокий и хрипловатый. Я жалею, что меня влечет не к нему, а не к этому злобному отродью – Даниле Краснову.
– Я вижу в вас стержень. Такой же был у когда-то близкого мне человека.
– Спасибо.
Я хочу спросить, есть ли у меня еще работа, но боюсь услышать ответ. Быстро взяв себя в руки, я все же говорю:
– Сергей. Я могу выйти на работу?
Сергей вздыхает, и я закрываю глаза, потому что слезы щиплют кончик моего носа.
– Прошлой ночью вы поступили очень глупо, Екатерина. Должен сказать, я удивлен, что Данила не уволил вас. Поверьте, он действительно не терпит подобных выходок.
Я стараюсь не шмыгать носом.
– Я понимаю.
– Тем не менее, если хотите, можете продолжить работу у нас.
– Правда?
– Да, Екатерина, – тепло отвечает мужчина. – Но я советую держаться подальше от Данилы. Я понятия не имею, что между вами происходит, но оно не должно сказаться на работе клуба.
– Этого не случится, я обещаю.
– И вам не дадут никаких смен на VIP-этаже. Вы слишком темпераментны для наших гостей.
Это новость меня, конечно, расстраивает, но я не хочу спорить с Сергеем. Мне становится ясно, что при всей кажущейся поддержке он прежде всего на стороне делового партнера.
– Я понимаю.
– Хорошо. Тогда увидимся вечером. И, Екатерина, хочу предупредить. Данила не из тех, кому можно перечить.
– Спасибо вам, Сергей.
Повесив трубку, я пританцовываю от счастья. Глупо, но в моей жизни даже маленькая победа – уже праздник.
Когда Коля просыпается, мы решаем провести день в парке. Я сделала бутерброды для пикника, мы расположились на траве. Весеннее солнце согревало нас, я подставила ему лицо, стараясь не думать о том, что решила продать свое тело.
Я стискиваю челюсти так сильно, что, кажется, слышу, как крошатся зубы. Мы с партнерами обсуждаем кандидаток на аукцион девственниц на совещании, последняя анкета привела меня в настоящее бешенство. Сергей не сводит с меня глаз, когда на экране появляется фотография Рины.
– Как вы все, возможно, знаете, Екатерина одна из сотрудниц нашего бара. Ей двадцать пять, она не замужем, и ее биография безупречна. Екатерина согласилась пройти медицинское обследование, но у нас нет поводов думать, что с ней что-то не так.
– Не старовата она для девственницы?
Ренат хмурится, глядя на фотографию Рины. Девушка придерживает на голове шляпу от солнца. Такая нежная и красивая Рина. У меня щемит в груди, но я быстро прогоняю это чувство.
Сергей кивает.
– Я думал об этом. Но она хороша. В Кате есть что-то милое, что нравится нашим клиентам на первом этаже. Она получает чаевых больше, чем любой другой бармен.
– Должен признать, я бы и сам ее купил, – ухмыляется Бек.
У меня возникает непреодолимое желание врезать моему другу по лицу.
– Прояви хоть немного гребаного уважения, Бек! – рычу я.
