– Мулом управляют так же, как и лошадью, но он выносливее, хотя медленнее, но нам торопиться некуда. Пока не стемнело, будешь двигаться за нами в пределах видимости. Нам тоже нужно думать о нашей безопасности. Если будешь ехать вместе с нами и патруль будет проверять документы, то из-за тебя задержат и нас, поэтому будешь двигаться немного позади. Тут в мешке пшено, соль и хлеб, – стал объяснять Делун, ходя вокруг мула. – С этой стороны в бурдюке вода, чуть больше пяти литров. Хватит для питья и чтобы кашу сварить на привале. Ну что, всё понятно? В общем, до темноты ты сзади, а как стемнеет, догоняй нас, ночью надёжнее группой держаться. Да, и ещё. Взамен твоего ножа Акрам положил в ножны, вот тут, под седлом, другой нож. В путь без ножа нельзя отправляться. Теперь о встрече с военными. Если тебя задержат, никто не сможет тебе помочь. Придётся тебе самому выходить из ситуации. Поэтому желаю тебе удачи в пути, ну, и добраться до твоей Шамбалы. Ну всё, вперёд.
Шесть наездников на лошадях и шестнадцать навьюченных мулов тронулись в путь. Подождав, пока караван удалится на достаточное расстояние, Георг влез на своего мула, вставил ноги в стремена, попросив удачу и впредь сопутствовать ему в пути, слегка тронул пятками мула под рёбра и двинулся следом за караваном.
Может быть, благословение, данное Акрамом, может, обращение Георга к своей удаче, а может, то и другое вместе помогло пройти дорогу без единой проблемы, хотя военные на пути встречались, и не раз. Когда Георг проезжал мимо них, они всегда были чем-то отвлечены, и так, под вечер второго дня, караван остановился, подождав Георга. Делун, попрощавшись и ещё раз пожелав удачи, принял от Георга благодарность, которую тот мог дать только в устной форме, указал направление по тропинке в гору к монастырю, и на этом месте их пути разошлись. В монастыре Георг провёл неделю, не получив от ламы ни одного конкретного ответа на прямые, а также косвенные вопросы о Шамбале. Не стал Лама открывать сакральные знания человеку без паспорта, и Георг пожалел, что не отправился вместе с караваном до Урумчи. Относились к нему с уважением, кормили, разрешали посещать богослужения и отвечали на многие вопросы, но ответы были, как казалось Георгу, не совсем полными или даже поверхностными. Перед отъездом, когда монахи навьючили его мула провизией для недельного похода, Георг пришёл к ламе, чтобы поблагодарить за тёплый приём и попрощаться. Лама же, со своей стороны, предложил присесть на дорогу и выпить чаю.
– Ты зачем пришёл к нам? – совершенно неожиданно для Георга прозвучал прямой, не доверительный и даже, как он его почувствовал, грубый вопрос. Лама сидел напротив своего гостя и по-доброму глядел ему в глаза. Георг растерялся и не мог собрать мысли для ответа. В этой гонке мыслей в его голове даже пробежал тот же вопрос, направленный к самому себе: «А действительно. Зачем я сюда приехал?»
– Ты, Георг, совершенно не должен отвечать на мой вопрос, – помог своему гостю лама. – Мне было важно увидеть в твоих глазах непонимание, а возможно, даже грубость вопроса. И я её увидел. Я знаю, для чего ты приехал в наш монастырь. Ты сам, много раз, твоими вопросами озвучил твою цель прибытия к нам. Но! Но ты не получил удовлетворяющих тебя ответов ни от меня, ни от монахов и в глубине души остался недоволен потерянным у нас временем. Ведь правда? – так же по-доброму глядя на опущенные глаза Георга, успокаивающим голосом произнёс мудрый старец. – Это не упрёк, и не воспринимай это с обидой, как какое-то постыдное разоблачение. Главным для тебя в посещении нашего монастыря стало именно это прощальное чаепитие. Объясню почему. Несмотря на твой, ещё достаточно молодой возраст, во многом ты не отличаешься от многих моих ровесников, живущих в миру. Придя в буддистский монастырь, ты, как и многие, многие сотни других, ищущих свой путь или какую-то свою истину, ждут ответа, как будто он вам поможет. Вы ждёте его и желаете получить его сразу. Цель моего разговора с тобой заключается в моей надежде на то, что услышанные и, надеюсь, претворённые тобой в жизнь мои советы, приблизят тебя к цели твоего поиска. А посоветовать я хочу тебе лишь выдержки, любопытства и уважения к мирозданию. Сейчас объясню, что я под этим подразумеваю, и начну с конца.
