Умирают шаги вместе с эхом.
Простонав, закрывается дверь.
Одиночество встретишь ты смехом.
- Что, не веришь в него?! Ну, не верь...
Весь истерзанный и бесноватый,
Кровью меченый многих потерь.
Неоправданный и виноватый,
Словно старый и загнанный зверь.
Ты в глаза рассмеешься тоскливо,
Но, закашлявшись, кровью харкнешь...
И зальешь свои легкие пивом,
Извлекая из язвища нож…
И суровою черною ниткой,
Мат глотая, ты стянешь края.
И покажется жизнь вечной пыткой,
Для того, кто бежит от себя.
Вдруг какая-то черная злоба,
Как тайфун, захлестнет с головой.
Поклянешься, что вечно, до гроба,
Не согласен ты будешь с судьбой.
И, пока кровь сочится и каплет
И стихии грохочет набат-
Все хорошее в прошлое канет.
И любой без вины виноват.
А потом придет покой,
Будет день.
И прохлада сменит зной,
Сгинет тень.
И исчезнет той обиды
Глупой след.
И как не было беды,
Так и нет.
Мысли вслух
Егору "ТОЗ" Кулепову посвящается...
Все чаще жизни новости несут с собою грусть.
Прозренье. И взрослеть тревожней стало.
Чихал я на года и думал прежде:«Ну и пусть!"
Не может быть, что проживу я мало…
Да это нонсенс, выдумки! Полнейший это бред!
Любая ставка! От души! На « бочку»!"
Но, оглянувшись, понял- а ведь многих нет.
Не просто здесь. Вообще. Их нет, и - точка.
Они ушли по разному, ведь каждому свое
Начертано. Кто тихо, кто с надрывом.
Над кем-то кружат ангелы, над кем-то воронье.
Кто ровно жизнь прожил свою, кто криво…
И среди них ровесники и даже младше есть,
А, значит, тридцать восемь - это много.
И нужно быть готовым, что твоя умолкнет песнь
И позовет последняя дорога.
Все чаще жизни новости несут с собой тоску.
Но нет во мне ни страха, ни тревоги.
И я спокойно топаю по ней, как по песку,
По этой своей жизненной дороге.
Да! Тридцать восемь – много, но не хочется мне знать,
Какая цифра станет окончаньем.
Но я готов к ней. Полностью. И пробую писать…
И наполняю жизнь свою звучаньем.
Мишка поэт
