К. Проникая взором в написанное, мы поймем точно, чт& кивот поставлен был на стороне святой скинии, которая к западу; пред ним же золотой алтарь в месте восточном: ибо восток и запад, север и юг исполнены Христа. Так и место для светильника — южная сторона скинии, для трапезы же — северная. И что обоими этими предметами означается Христос, мы уже прежде показали в длинной речи: ибо что Христос есть свет, на это указывает светильник; а что Он есть жизнь и хлеб животный, на то указывает трапеза и то, что было на ней. Только о том еще размысли и взирай вот на какое таинство: самая южная — страна иудеев, а самая северная — страна язычников. Итак, из положения обоих, то есть светильника и трапезы, желающие очень легко могут понять, что Христос воссиял как свет иудеям и у них проповедовал: «Я есть свет» (Ин. 8, 12): ибо Он «Я послан только к погибшим овцам дома Израилева» (Мф.15, 24). И их обетования, по Писаниям (Рим. 9, 4). Поелику же они не приняли света истины, то Он соделался жизнию и хлебом с небеси для язычников. И язычники не без света: это ты можешь узнать из того, что свет светильника достигал и северных частей скинии. Так как святая скиния была тесна, то ничего нет безрассудного думать, что светильник едва не рядом поставлен был с трапезою, хотя и к югу имел место. Являет же нам и иначе сей образ, что, когда сияет свет Божественный, то достойным можно бывает причаститься Христа, как хлеба животного и истинного. Пишет также еще и божественный Павел, что язычники соделались «сотелесниками и сопричастниками» Христа (Еф. 3, 6). Сотелесниками же и сопричастниками язычники сделались исполняемые светом, то есть мысленным, когда «день озаряет и денница возсиявает» в уме, как сказал некто из учеников Спасителя (2 Пет. 1, 19). Когда так расположено и устроено было находившееся в Святом Святых, Он повелел сделать занавес или завесу из голубой, пурпуровой и червленой ткани и крученого виссона (Исх. 26, 36). И сказал, чтобы ее непременно простерли над входами в скинию, повесив ее на пяти позолоченных столпах, подножия которых медные. И простертое над дверями именует занавесом потому, думаю я, что он с помощью малых колец отдергивался, открывая вход; но, будучи потом задернут и простираясь во всю свою ширину над дверьми, скрывал Святое. Пять же столпов позолоченных и с медными подножиями предызображают явившихся ак бы в пятое время, в которое было пришествие Христа, чителей и вождей церковных; которые, право уча слову истины, суть честны как золото и благозвучны как медь, потому что «По всей земле проходит звук их, и до пределов вселенной слова их» (Пс.18, 5; сн. Рим. 10, 18), и которые искусным и богодухновенным тайноводством открывают как бы вход желающим войти во Святая Святых. Итак, Святая Святых, то есть внутреннейшая скиния, закрыта была завесою. Прямо же ко второй прилегала и пристроена была первая скиния, имевшая алтарь для приношений, на котором совершались всякое кровавое приношение, хлебные приношения и ливан, и всякая жертва, и возлияние; и кроме алтаря еще медная умывальница. Место же алтарю было пред дверьми скинии, очевидно внешней, а умывальнице — по самой средине скинии.
П. Какой смысл имеет это новое твое замечание?
К. Все в Священном Писании, Палладий, точно, и совершенно ничего в нем нет напрасного: ибо смотри, как это загадочное предписание показывает нам, что закон детоводит ко Христу. Алтарь служения по закону ставится у самого входа в Святая Святых: ибо закон приводит нас только к началам таинств Христа и как бы к первым входам в точное познание Его, но никоим образом не вводит во Святая Святых, то есть во внутреннейшую скинию, в которой Христос существует многовидно — как Слово Божие, как свет, как хлеб животный, как воня благоухания Богу и Отцу. Не думаешь ли ты, что эти предуготовительные действия служения по закону были стихиями и началами глаголов Божиих?
П. Правда.
