Творения. Том III полностью

Иосиф, рассуждая, что сны его доныне еще не исполнились (ибо видел он во сне, что поклонились ему одиннадцать звезд, а перед ним было только десять братьев), продолжает скрываться от них, чтобы самому не стать причиной лживости снов своих. И потому говорит братьям: «Тогда только уверите меня, что вы братья, когда приведете ко мне меньшего брата». Потом ввергает их в темницу на три дня, чтобы изведали они скорбь, какую много лет терпел Иосиф в заключении.

После этого Иосиф размышляет о своих снах и припоминает, что в сонном видении братья два раза поклонились ему – то в образе сынов, то в образе звезд. А из этого заключает, что, когда братья поклонятся ему в другой раз, тогда придет время открыться братьям. А потому берет Симеона и при прочих братьях заключает его в узы, чтобы узнать от него, что братья сказали отцу об утрате Иосифа. Притом знал, что дети Симеоновы и жена его будут вынуждать Иакова скорее послать к нему Вениамина. А может быть, Симеон показал более жестокости к Иосифу, когда братья связали его и продали.

Впрочем, нельзя видеть в этом гневного мщения, потому что Иосиф, открывшись братьям, с любовью облобызал их. Но поскольку заключен был в узы тот, кто больше всех из братьев желал заключить в узы Иосифа, то они должны были видеть в этом справедливое воздаяние. Потому и сами они сказали: Действительно заслужили мы, чтобы потерпеть это, (21) яко презрехом скорбение брата нашего, егда моляшеся нам, и не сжалились над ним. Иосиф слышал, как Рувим говорил это братьям и как напоминал им, что он просил не ввергать Иосифа в ров. Тогда Иосиф вспомнил об этом и заплакал; но не о том, что так поступили с ним братья, а о том, откуда и на какую высоту возвел его Бог.

Когда же братья Иосифовы, снабженные путевыми запасами, возвратились домой, то проведали отцу о несчастии, постигшем их во время путешествия. Рассказали, что были осмеяны Египтянами, заподозрены в соглядатайстве, унижены и что теперь смогут избавиться от напастей, только отдав туда Вениамина. Пока же одни рассказывали об этом Иакову, другие начали развязывать вретища, и каждый во вретище нашел свое серебро. Иаков скорбел о том, что их постигло, особенно же о Симеоне, заключенном в узы. Сыновья ежедневно умоляли его отпустить с ними Вениамина. Но Иаков опасался, чтобы и Вениамина не постигло то же, что постигло брата его, и не склонялся на их просьбу.

Когда же истощился у них хлеб и все домочадцы стали страдать от голода, тогда все сыновья приступили к Иакову со словами: «Сжалься над Симеоном ради детей Симеоновых и согласись несколько дней не видеть младшего сына ради жены Симеоновой, которая лишена теперь мужа». Поскольку и сам Иаков терпел голод, то против воли своей отпустил с ними Вениамина и напутствовал их благословениями: «Как лишился я Рахили, так лишен и сыновей Рахилиных». Тогда Иуда в утешение отцу своему сказал: (9) аще не приведу Вениамина… и не поставлю его пред тобою, грешен буду к тебе вся дни.

Взяли они (11) от плодов земных стираксы[56], ладана, фисташек и прочего, пришли в Египет и явились к Иосифу. Он приказывает строителю дома ввести братьев к себе в дом. Они же, встревоженные тем, что рабы Иосифовы снимают вьюки со скотов их и привезенное ими вносят в дом, говорят друг другу: «Отец наш лишен нами Вениамина, и сами мы не увидим более лица отцова. Ибо с умыслом положено было серебро во вретища наши. Даже если освободимся от подозрения в том, что мы соглядатаи, то возьмут нас как воров и сделают рабами. Поэтому сами признаемся строителю дома, что нашлось серебро в наших вретищах, пока не осмотрели еще привезенного нами и не обвинили нас в воровстве. И как приездом Вениамина избавляемся от подозрения в соглядатайстве, так признанием уст наших освободимся от подозрения в воровстве».

Подойдя (19) к… сущему над домом Иосифовым, братья говорили ему: «Когда, купив здесь хлеба, возвратились мы (21) и отрешихом вретища своя, и се, сребро коегождо во вретищи его; вот, мы возвращаем его тебе, потому что несправедливо вместе с хлебом взять и то, чего стоит хлеб». Строитель дома, приметив, в каком они страхе, ободрил их: (23) «Мир вам, не бойтеся. Введены вы сюда не ради серебра, которое было получено мной, но желаем видеть вас у себя за ту верность, которая теперь дознана. Входите вы сюда не для осуждения вас в том, чего не сделали. Напротив того, господин наш призвал вас иметь у него пристанище и есть его хлеб. Господин же наш правдив, и почестью, какую воздаст вам в этот раз, хочет изгладить из вашей памяти то бесславие, какое понесли вы в первый раз».