— Так, икру разводить не получилось, — сказал он, выливая в аквариум воду, зачерпнутую из унитазного бочка. — Отныне специализируемся на французских улитках.
Слизняк, во время прогулки по Уберте прикрепившийся к подошве армейского сапога, отправился в аквариум. Надо сказать, Морган имел очень слабое представление о французских улитках, но всё же чуть лучшее, чем о самой Франции. Выросший на одном из спутников Юпитера, он был на матушке-Земле всего несколько раз и знал о ней только три факта. Во-первых, в ресторанах земных космопортов кормят вкусно, но космически дорого. Во-вторых, большинство землян носят смешную и неудобную одежду, оправдываясь коротким и постоянно употребляемым словом «мода», видимо, служившим аналогом юпитерианскому «аминь». В-третьих, энное количество лет назад на Земле жил однофамилец Моргана, знаменитый пират. Морган повесил в каюту портрет флибустьера и всем интересующимся говорил, что это его дедушка. Пока что никто не удивлялся, почему дедушка Моргана одет в камзол, в то время как в колониях с тяжёлыми жизненными условиями не носят ничего, кроме комбинезонов и скафандров.
Первый помощник уже почти ушёл в Нирвану, наблюдая за ползающей по стенке аквариума улиткой, когда в дверь постучали.
— Входи, дочь моя! — провозгласил Морган, не отрываясь от созерцания.
Вошёл кто-то из рядовых солдат, новенький. Как же его фамилия? Пудинг? Блудинг? А, Блуминг.
— Надо же, не угадал, — искренне развёл руками Морган. — Я был уверен, что это опять Алия со своими дезодорантами. И чего ссутулился? Смир-рно!
Блуминг отсалютовал, так и не выпрямившись.
— Почему такая скрюченная осанка? Руки перед едой не моем? — осведомился Морган, мысленно призывая богов-покровителей дедукции.
— Нет, кэп, тут такое дело…
— Тсс, — первый помощник покосился на дверь и замахал на солдата руками. — Я ещё не капитан. Я всего лишь временно исполняющий его обязанности. Это вы зря, я заискивания не одобряю.
Блуминг, кажется, свято был уверен в том, что видит перед собой капитана, и теперь тяжело переживал свой промах. Он собрался было извиниться, но пока подыскивал нужные слова, Морган успел подробно объяснить ему преимущества армейской выправки, да не сухим официальным языком, а используя все известные ему литературные обороты. После этого первый помощник настолько удивился красоте своей речи, что почувствовал необходимость срочно взяться за написание баллады, пока не ушло вдохновение.
— Сэр, позвольте обратиться…
— Сейчас, минутку. Мне нужна рифма к слову «крейсер», — пробормотал Морган, в предельной задумчивости отрывая ластик от карандаша.
— Но сэр, дело космической важности!
— Дурацкое слово, перебило мне весь поэтический аппетит! — Морган смял листок и бросил его себе за спину, целясь в корзину. Листок упал в аквариум и пошёл ко дну, размокая и теряя форму. — Что у вас, рядовой? Почему вы тратите моё время?
Вместо ответа Блуминг принялся расстёгивать комбинезон.
— Что вы вытворяете? — не меняя серьёзной мины на лице, вопросил Морган.
— Вот, смотрите — пояс!
Под комбинезоном оказались потёртые синие кальсоны, а поверх них — сверкающий драгоценными камнями, искусно расшитый пояс.
— Я вижу, что это пояс. Дальше что? — в голове первого помощника уже побежали столбики цифр, с автоматическим расчётом суммы, которую можно будет выручить в ближайшем порту за диковинный ремень.
— Не снимается, — тоном капризного ребёнка сказал Блуминг.
— Серебряный? Или платиновый? Подойди поближе, мне ни черта не видно. Камушки настоящие или подделка?
— Не знаю я. Мне его снять бы!
— Застёжка сломалась, что ли? — спросил Морган, вертясь вокруг Блуминга и его замечательного пояса, трогая камни, щупая отделку и разве что на зуб не пробуя. Попутно первый помощник пытался понять, в чём тут подвох. Он сам на месте Блуминга, даже будучи не в силах снять ремень стоимостью в половину «Атлантиды», ни за что не пошёл бы за помощью к старшему по званию. Он бы никому об этом не сообщил, а тихо перепилил бы злополучный аксессуар, закрывшись в санузле.
— Это не простой пояс, — произнёс Блуминг, всхлипнув. — Он проклят.
— Подробнее, — отозвался Морган. В его руках неизвестно откуда появилась лупа.
— Я снял его на Уберте. Со статуи в храме.
— Какое кощунство! — ужаснулся Морган, пытаясь прикинуть, сколько весит самый большой бриллиант на застёжке. — Как ни прискорбно, но человечество растеряло духовность. Чем вы думали, Блуминг? Что вас вело? Жажда наживы? Не пытайтесь свалить всё на клептоманию, вы абсолютно здоровы, я это по глазам вижу… А вы не пытались его распилить?
— И пилил, и кислотой жёг.
Повозившись с намертво заевшей застёжкой, Морган достал из комода табельный лазер и направил его в живот Блумингу.
— Что вы делаете, сэр? — вскрикнул солдат.
— Не беспокойтесь, рядовой. На Церере я считался лучшим снайпером.
Морган забыл упомянуть, что соревнование было виртуальным и проходило в компьютерном клубе.
