Творец: осколки иллюзий полностью

Анфилада, по которой шла Эльвенэль за старым слугой, выглядела не совсем так, как те коридоры, по которым летел Таир за верствурмами. Это была какая-то другая реальность: в той — в залах было полно пьяных людей, стоял дикий шум, в этой — идеальная чистота и тишина и никого из посторонних, кроме охраны. Женщина гордо шествовала мимо многочисленной стражи у дверей залов. У братьев был как минимум тонкий вкус — анфилада красивой идеально-прямой линией уходила вдаль многочисленными порталами высоких дверей, обрамленными изящными наличниками — рай перфекциониста, любителя идеальной геометрии. Залы оформлены в едином стиле, минимум вычурности, но при этом идеально подчеркнута состоятельность правителей Толимана. Красивая Эльвенэль была еще одной жемчужиной, украшением этого дома. Она вписывалась в этот интерьер, как шикарная породистая собака, дополняла и завершала его.

Драконесса едва заметно улыбнулась. Не проколоться бы теперь. Так, защиты навешаны максимально, морок запущен, не облажаться бы в деталях. Надо молчать, заискивающе кивать и… А как она называет его? И какие у них отношения? Черт…

Старик остановился у одной из дверей, поклонился угодливо и робко произнес:

— Прошу вас, прекрасная госпожа.

Эльвенэль осмотрелась — десять человек стражи. Люди — воины, очень и очень хорошие воины, если судить по физической форме. Драконов нет. Хоть тут повезло. Вряд ли Эдгис сможет отличить свою Эльвенэль по запаху от Таириэля. Лишь бы магией не полез проверять.

Стражник стукнул в дверь. Получив разрешение, он вошел и сообщил, что Великая ждет его аудиенцию. Эдгис что-то ответил, Эльвенэль не разобрала что. Забавно, во дворце на Альтаире слугам достаточно просто постучать и можно входить, без всех этих приседаний и заморочек.

— Прошу вас, Великая. Всесильный повелитель ждет вас.

Эльвенэль чуть помедлила. Нацепила на лицо очаровательную скромную улыбку и шагнула в покои всесильного Эдгиса.

— Почему так долго? — резко бросил он через плечо.

Слуги помогали ему одеваться. Эдгис стоял в центре зала в узких черных брюках и черной же рубашке с красивым кружевным жабо. Вокруг талии намотан кушак цвета стали, расшитый серебряной нитью защитными рунами. Он опустил руки. Ему поднесли укороченный пиджак и ловко одели. Слуга тут же метнулся вперед — застегивать пуговицы и поправлять жабо. Тяжелые колючие эполеты с цепями, лацканы с черными блестящими камушками. На ногах высокие сапоги на толстенной подошве, то ли разрисованы, то ли расшиты под цвет пламени. Кажется, будто он стоит в центре костра и языки пламени лижут его ноги. Волосы подняты широким ирокезом. Глаза агрессивно подведены черным. В этом они с Майей очень похожи — оба любят косметику и вызывающие прически. Сколько же близнецам? В двенадцать погибли их родители. Лет пять им понадобилось, чтобы замутить историю с пожирателями пространства. Семнадцать… Таиру и Майе сейчас двадцать три. Сорок лет. С чего Таириэль решил, что ему должно быть под шестьдесят? Для сорока лет Эдгис отлично выглядит — подтянут, свеж, креативен в одежде. Эх, зря Таир думает, что после тридцати жизни нет. Эдгис вон неплохо сохранился. Впрочем, как и его брат в камере на Альтаире. Или Ульрис уже выпустил своего господина? А может Ульрис вообще решил одним ударом всех уничтожить — и правителей Альтаира, и правителей Толимана. Шикарный план, просто шикарный. Соберись, идиот! Потом вздыхать будешь.

— Мой всесильный повелитель, прошу прощения, что я, недостойная, заставила вас ждать, — изящно поклонилась Эльвенэль.

Эдгис коротко дернул подбородком в сторону дверей. Слуг как ветром сдуло.

Он надел митенки и принялся нанизывать массивные кольца на пальцы.

— Что там у нас? — спросил совершенно другим тоном — тихо и спокойно, без повелительных ноток.

— Девка в камере. Хранитель за ней не пришел. Впрочем, я была уверена, что он и не придет. Я допросила ее. Она не знает, где они прячутся. Думаю, что если бы знала, то сказала. Они сейчас бросят все силы на спасение Творца. По крайней мере, я бы не отвлекалась на других, если бы вашей жизни, повелитель моего сердца, что-то угрожало. — Эльвенэль подошла к окну и присела на подоконник.

— Я знаю, где они. На южном склоне. Это не проблема. Я уже послал туда драконов и десяток верствурмов. Они будут преследовать их и вырежут при первой же возможности.

— Мой повелитель, — задохнулась от восторга драконесса. — Но как?

Эдгис обернулся и посмотрел на нее озадаченно. Потом хитро улыбнулся:

— Я разве тебе не показывал свою новую игрушку? — Его лицо стало светлым и улыбчивым. — Элхаон — гений. Он все предусмотрел.

Стремительно подошел к столу и сдернул скатерть, не обратив внимания на то, что на пол полетели украшения, косметика, разбилось зеркало. Эльвенэль подалась вперед, но от окна не отошла.

— Смотри, моя девочка, — поманил он драконессу.

Та вынужденно подошла ближе.

Эдгис хлопнул в ладоши и рисунок на столе ожил и стал объемным — появились города, горы, леса, реки и озера, маленькие человечки, лошади… Все двигалось, огоньки горели. Это была карта местности.