— Дим, а у Светы ведь тоже телохранитель был. Почему он не защитил, или он с ними заодно? Как он позволил украсть ребенка?
— Сашу нашли с черепно-мозговой, слава Богу, совместимой с жизнью. В подъезде дома, где Света живет, в подвале. Вчера еще его приложили. Он в больнице сейчас.
— У-у-у, ё-ё-ё! — внутри холодеет от понимания всего происходящего: если здорового мужика чуть не убили, то что им стОит девчонку хрупкую…
— Дим, — волосы на затылке встают дыбом от осознания своего вопроса, но я озвучиваю его, как бы дико мне сейчас не было, — похитители без масок?
— Сейчас — нет, — нехотя отвечает мой друг. — Может, и были в масках. Но девчонки пытались удрать. Уж не знаю, как им удалось, но угнали они одну машину и аж до поста ГБДД добрались, а там их догнали. Молодцы, девушки, боевые. Мы бы их еще долго искали, если бы они не «засветились». Один из похитителей мент или бывший мент. «Корки» свои показал и забрал девчонок у гаишников. Они там все «зеленые», препятствовать не стали, но на пост дежурному сообщили. Герасим фотку сбросил, так мы сейчас по базе ищем этого мента.
— То есть они уже без масок и оружие у них имеется?! — чуть ли не рычу я от ужаса, когда вернувшись к своей машине, завожу мотор.
— Кирилл, со мной-то хоть не истери, а! Сказал же, освободим заложников. Не в первый раз. Мои ребята — профи. Только дергаться не надо.
— Дергаться?! — наезжаю я на него. — Там две девушки и ребенок! Как ты думаешь, им сейчас не страшно?! Хрен с ним, с Кучинским, и с той Ритой тоже! Просто освободи девчонок!
— А ну тихо, твою-за-ногу! Командир нашелся! Сейчас освободим, а через месяц эти отморозки лучше подготовятся и опять похитят, а с тебя бабла потребуют. А предъявить им будет нечего! Ты этого хочешь? Каждый день будешь ждать, что похищение повторится. А девушки, они как жить будут? Тоже ждать? Или в подвал их запрешь, чтоб не украли?!
Понимаю, что Дима прав, но боль в душе настолько сильна, что справиться с ней практически невозможно. Однако я говорю вслух:
— Прости, Дим. Я согласен. Я доверяю тебе. Но пойми меня…
— Я понимаю, Кирилл, — сочувственно отвечает друг. — Я все понимаю. Ты едешь уже?
— Сейчас начну ехать, — обреченно вздыхаю и трогаюсь с места.
Катя
Пульсирующая боль в голове — вот первое, что я чувствую приходя в сознание. Лежу на чем-то твердом, спина затекла, и в стопе левой ноги, которая неестественно поджата, уже начинают колоть иголки. Не открывая глаз, пробую шевелить конечностями — все цело. Одежду на себе ощущаю и между ног не болит — значит не изнасиловали. Так, это уже лучше. Но кто знает, что меня ждет дальше…
Запах сырости, цемента и свежей штукатурки — значит я где-то в новостройке, причем находящейся в стадии строительства. Звук всхлипа ребенка заставляет насторожиться и открыть глаза. Я здесь не одна?
Приподнимаю голову, оглядываюсь. Не одна. У противоположной стены помещения, похожего на подвал, замечаю фигуру девушки, на коленях которой сидит ребенок. Света и Паша? Их тоже украли, как и меня? Получается, нас украли, а с Кирилла и Миши потребуют выкуп. Млять, и почему я такая умная?! Жаль только, что я такая дура и догадываюсь обо всем, когда уже слишком поздно…
— Катя, ты как? — тихий голос Светы.
Она заметила, что я очнулась.
— Хреново, если честно, — отвечаю и пытаюсь сесть на своем деревянном ложе, сконструированном из ящиков.
Меня мутит и в горле стоит химический привкус того зелья, которым меня вырубили.
— Катя, прости меня, — шепчет Света, и я вижу в отблеске слабого лучика, просачивающегося сквозь узкое окошко у потолка, как по ее щеке ползет влажная дорожка.
Я пытаюсь что-то ответить, но закашливаюсь и сплевываю сгусток мокроты прямо на цементный пол.
— Они забрали Пашу и заставили меня привести тебя в тот магазин. Прости…
Угрожали смертью ребенку, как предсказуемо. Любая мать пойдет на все, чтобы спасти свое дитя. За что мне на нее злиться? Сама бы так поступила, даже не задумываясь.
— Сколько времени мы уже здесь? — еле продрав горло, спрашиваю я.
— Часа два, наверное, или больше. Они забрали телефоны. Я не знаю точно, сколько времени прошло.
Я оглядываюсь в поисках своей сумки. И… о чудо! Она здесь, на полу. А в ней электрошокер. Быстро поднимаю и копошусь в своей безразмерной персональной кладовой запасов на все случаи жизни. А-а! Да! Вот он, мой электроприбор! Телефоны они забрали, а насчет остального — не потрудились проверить. Ну, теперь без боя они меня не возьмут! И хотя мышь я мелкая и косточки у меня хрупкие, но я, мля, мышь-самурай, не меньше!
— Сколько их? — спрашиваю, разминая затекшую спину.
— Кажется, четверо, — отвечает Света.
— Мам, тот, который меня привез, уехал. Я видел в окошко, — тихо говорит мальчик.
— Так, значит, трое, — подытоживаю я. — Идите ко мне, садитесь сюда, обсудим наше положение.
И пока Пашка со Светой устраиваются рядом со мной, я вспоминаю все просмотренные фильмы про похищения. Выводы делаю неутешительные, но паниковать нельзя. Как бы там ни было, мы должны спасаться сами, причем для этого нам потребуется все наше самообладание.
