Она хотела, чтобы я промокнула ранку? Нерешительно я подошла к Ригелю. Несколько секунд его взгляд бешено метался по моим рукам, волосам, лицу, плечам, потом с той же молниеносной скоростью отскочил в сторону.
Я случайно задела коленку Ригеля и заметила, как у него на скулах заходили желваки.
– Вот здесь, – указала Анна на ссадину и, чтобы мне было удобнее, чуть наклонила голову Ригеля, обхватив его лицо руками.
Ригелю, казалось, стоило неимоверных усилий стерпеть мое прикосновение. Он не уклонялся, однако я чувствовала, как напряглись его шея и плечи. Если бы не Анна, Ригель не позволил бы мне водить ваткой по лбу.
Что до меня, то и я напряглась, отчасти потому, что боялась сделать Ригелю больно, отчасти потому, что стояла ближе дозволенного. Ригель упрямо смотрел в сторону, положив руки на колени. Костяшки на кулаках, казалось, вот-вот порвут кожу.
Все наши хлопоты вокруг его ссадин раздражали Ригеля, уж я-то знала. Он не терпел заботы о себе. Дети в Склепе, в том числе и я, постоянно жаждали доброго слова, хоть какой-нибудь ласки, но не Ригель, он никогда не выпрашивал у взрослых любовь.
В гостиной зазвонил телефон. Анна резко повернулась на звук, и я тоже вздрогнула.
– Вы продолжайте, я скоро вернусь.
Я бросила на Анну умоляющий взгляд, от которого не было никакого толку, она ушла, оставив меня наедине с Ригелем. Стараясь не выдать смятение, я сосредоточенно смазывала перекисью багровую ссадину, но увидела, как Ригель вцепился в свое колено, как будто еле сдерживался, чтобы не отшвырнуть меня в другой конец кухни.
Мое сердце забилось медленнее. Неужели он физически не выносит меня рядом с собой? Я до такой степени ему противна? Почему?
Мне стало грустно. Я надеялась, что все может измениться, но между нами разверзлась пропасть, которую невозможно заполнить. Бесконечная бездна.
Пусть для меня теперь все иначе, но я не могла пробить стену, которая по-прежнему стояла между нами. Ригель прогонял меня. Душил во мне всякую надежду. Был далеким и неприступным.
Я снова посмотрела на руку Ригеля – его ногти, вонзившиеся в колено, вонзаются и в мою надежду, пытаясь уничтожить ее, заставить меня сдаться, отпустить ситуацию. Наверное, только утратив надежду, я могла смириться с таким положением вещей.
Но тут мое сердце екнуло. Я заметила, что Ригель расслабил плечи. Пальцы на его колене выпрямились и теперь лежали спокойно, будто долго вели невидимую борьбу с кем-то или чем-то и проиграли. Глаза смотрели в сторону уже не с упрямством, а со смирением. В его взгляде была печаль, которая, казалось, приносила ему успокоение.
Измученным, поникшим, обессиленным – вот каким он мне сейчас виделся. Ригель был настолько непохож на себя, что казался другим человеком. Я внутренне содрогнулась при виде этого хрупкого и печального незнакомца. Сердце заколотилось так сильно, что стало больно в груди.
Ригель вздохнул, не размыкая губ, словно не хотел слышать самого себя, и я почувствовала, что разбиваюсь на части. Сколько горечи было в его вздохе… Мне хотелось шепнуть ему, что так не должно быть, что мы могли бы сочинить другую сказку, если б он только захотел.
Я смотрела на Ригеля широко раскрытыми глазами, онемевшими от желания его понять. И как-то вышло, что мой палец сам собой скользнул по его лбу и медленно погладил ему висок. Я не осознавала, что делаю.
Ригель подпрыгнул. Он взглянул мне в глаза и замер, когда увидел, что я смотрю на него, когда понял, что я все это время смотрела на него.
Он вцепился мне в рукав и вскочил, нависнув надо мной всем телом. Я смотрела на него снизу вверх, затаив дыхание, и видела в его распахнутых глазах вспышки неуловимых эмоций. Его теплое дыхание щекотало кожу на моих щеках.
– Ригель… – наконец испуганно выдохнула я.
Сквозь ткань рукава я чувствовала его пальцы. Теперь Ригель смотрел на мои губы. В горле пересохло. Вся моя энергия как будто перетекла в Ригеля, я почувствовала слабость. Вибрирующая тишина разбила этот миг на множество пульсирующих частичек, а мое сердце гулко трепетало, требуя хотя бы одного вдоха.
Потом Ригель отпустил меня, да так неожиданно, что на мгновение я перестала чувствовать пол под ногами. В оглушительной тишине я услышала шаги.
– Это друзья звонили. Хотели узнать, не собираемся ли мы… – Анна не договорила, потому что Ригель прошел мимо нее и вышел из кухни.
– Все в порядке? – спросила она, повернувшись ко мне.
Я не сразу нашла слова для ответа.
Мысли не давали сосредоточиться на домашней работе, роем кружили вокруг Ригеля, словно пчелы. Я трясла головой, пытаясь их отогнать, но они тут же возвращались на свою орбиту.
Отвлек меня мобильный телефон, возвестивший о новом сообщении. Я отложила карандаш и посмотрела, от кого пришла весточка. От Билли.
Новое видео про козочек. Билли меня ими буквально завалила, но каждый раз, когда я открывала очередное видео, я не могла оторваться от экрана. Вчера она прислала мне радостно скачущую ламу, которой я любовалась, наверное, около часа, вместо того чтобы читать учебник.
