Собрать на кончиках пальцев хоть сколько-нибудь «силы» у Ланы никак не получалось. Несмотря на настоятельную просьбу Дэна сосредоточиться, она постоянно на что-нибудь отвлекалась. Например, из головы никак не удавалось выкинуть мысли о Яне, не желающем рассказать, что у него произошло с Лизой. Как будто фраза «Не переживай, мелкая, это не из-за тебя» не говорила об обратном. Но ладно, с вернувшимся в свою старую комнату братом было спокойнее, хоть и приходилось всякий раз сворачивать окно с Телеграмом, когда Ян просто что-нибудь спрашивал, даже не заходя к ней. Только и прекратить переписываться с Калки она не смогла, хоть и настораживало его внезапно прорезавшееся желание сократить расстояние между ними.
«Черный список потому, что обиделась на меня из-за того, что не стал называть свое имя? Прости, я, кажется, действительно перегнул палку. И что мне сделать, чтобы больше не попадать в ЧС? Назвать имя? Ты только скажи — я готов».
Только вот Лане больше не хотелось узнать его имя. И без Калки новых знакомств хватало, чтобы запутаться в происходящем окончательно. Хорошо, что она все-таки девушка, а значит, можно притвориться обиженной и объявить, что принципиально настаивает на необходимости угадывать, хотя неявные подсказки приветствуются. Так и узнала: Калки действительно творец и был на том самом собрании Конклава Огня, когда Лану признали неопасной. Тогда у нее получилось вызвать слабенький рыжий огонь. А вот то, что сейчас не получается, бесит!
Хотя не так сильно, как стоящий напротив Дэн Давыдов, ожидающий от нее результата! И одним своим присутствием отвлекающий больше, чем брат и Калки вместе взятые. Перед этим он крайне подробно объяснил, какие мыслеобразы надо представить, как прогнать их по коже рук, как сфокусироваться в итоге на кончиках пальцев. Потом показал на собственном примере, как это выглядит. Но от его попытки помочь Лана напряглась еще больше, ударив Дэна по протянутой к ней руке.
— Хорошо, — спокойно сказал он и отступил на пару шагов назад. — Давай сама.
У самой не получалось, и Лана боялась, что придется терпеть его прикосновения. Боялась, что как только пальцы Дэна сомкнутся на ее запястьях, в голову полезут странные видения, которые никак не могут иметь отношения к прошлому. Настоящему прошлому.
— Не получается, — она мотнула головой и, опустив руки, уставилась невидящим взглядом в черный короткошерстный ковер. — Ты меня отвлекаешь!
— Нападение — лучшая защита, согласен. Но мы, кажется, выяснили, что я тебе не враг.
— Правда отвлекаешь, — не сдавалась Лана. — Раздражает… эм… борода! Совершенно тебе не идет, как будто Дерека косплеишь! — на последних словах она и впрямь представила Дерека, донимавшего ее вниманием на вечеринке, и скривилась по-настоящему.
— Ладно, — не стал спорить Дэн, коснулся левой рукой щеки, и мгновение спустя его бородка истлела золотыми искрами, оставив гладко выбритую кожу. — Так лучше?
Лана зажмурилась и замотала головой.
— Ужасно, — пробормотала она. — Давай обратно. Ты какой-то… несолидный!
«А еще как будто вылез из того видения, из-за которого я «Этажи» порушила… Даром, что сухой».
Дрянное воспоминание не заставило себя ждать, но стоило попытаться прогнать образ промокшего под дождем Дэна, как на смену пришли другие картины, несущие неизменную головную боль.
Дэн и Лидия сидели в кафе на открытой террасе. Лидия что-то с улыбкой ему выговаривала, Дэн хмурился и нехотя отвечал. А потом она замолчала, сложив руки на заметно округлившемся животе. Дэн улыбнулся и тоже протянул руку.
Лану-из-воспоминания схватили за запястье, переместив обратно в Питер. Довольная Шанкьяхти обернулась к ней и спросила:
— Теперь-то ты пойдешь со мной?
Шанкьяхти долго пила кровь, отчего ее кожа стала почти белой. Благодаря автозагару от земной девушки не отличить, только когда говорила, клыки наводили на подозрение, что с ней что-то не так. Впрочем, Лану и других одногруппников Шанкьяхти смогла обмануть, прикинувшись фриком. Слава субкультурам и толерантному обществу!
— Ты ему не нужна. Не только ему, вообще никому, кроме меня! Где твоя семья? Где Мила, про которую я столько слышала? Где они все?
«Хватит!» — взмолилась Лана-здесь-и-сейчас.
Рвущееся обратно прошлое и не подумало останавливаться, меняя декорации, но не меняя своей горькой сути. Усиливая боль.
И вот уже Лана-из-воспоминания лежит на влажном от ее собственной крови асфальте, Лана-здесь-и-сейчас пытается вырваться из цепких объятий Дэна.
— Тише-тише, — уговаривал он, и его пальцы скользили от ее виска к затылку, словно что-то искали.
Нашли, потянули за собой, обрывая поток образов и видений. Лишь в висках еще пульсировала тупая боль, которую теперь можно было легко заглушить парой таблеток анальгетика. Удивившись, как Дэн сумел удержать ее одной рукой, Лана выскользнула из его объятий и обнаружила, что он внимательно рассматривает мерцающую салатовую нить, намотанную на указательный палец.
— Что это?
