Отдаленный раскат грома заглушил мой голос, но это было не менее действенное предупреждение. «Козел» Андерсон вздрогнул и поднял голову, затем крикнул что-то людям, работающим внизу. Не прошло и минуты, как еще с полдюжины рабочих с ломами взобрались наверх и расположились верхом на стене вокруг треснувшей ее части. Каждый из них принялся искусно и быстро сбрасывать с нее кирпич за кирпичом. Отламывать кирпичи большими глыбами они не решались: стена была слишком неустойчива для этого. Укрепить стены не было никакой возможности, поэтому необходимо было разобрать шаткую часть ее раньше, чем налетит буря.
Они работали осторожно, но быстро, и дело их отлично подвигалось. Вдруг внезапно с диким воем и хлопаньем ставней разразилась буря. Ярость первого порыва ветра едва не смела всех барменов со стены. Поспешно закрывая свои окна, мы видели, как отчаянно они цеплялись за старую, шаткую стену. Казалось, будто стена неминуемо сейчас же рухнет, но однако, вместо того, чтобы соскользнуть вниз под прикрытие и в безопасное место, люди старались противостоять ветру и продолжали свою опасную работу. Один порыв ветра за другим сотрясал наши окна и врывался с резким свистом сквозь щели рам. Тучи пыли неслись из разрушенного здания, порой совсем скрывая от нас работающих. Быть может, это было одно воображение, но мы были уверены, что видим, как шатается эта старая стена, а люди все еще не покидали своей работы, даже тогда, когда их стал осыпать дождь и град.
В течение целых пятнадцати минут они работали с лихорадочной поспешностью в эту страшную бурю, не уронив ни одного кирпичика по эту сторону внешней стены. Это была поистине необычайная работа. Затем, только тогда, когда опасное место было разобрано, а буря почти стихла, они сползли вниз и отыскали себе прикрытие.
Это было удивительным проявлением мужества и преданности своему долгу. При первом удобном случае мы пошли на ту сторону поговорить с «Козлом» Андерсоном.
– О, это пустяки, – сказал он.
– Но разве вы не боялись, что стена может рухнуть?
– Она, конечно, немножко шаталась, но поэтому-то мы и остались на ней. Не могли же мы дать ей свалиться вниз на стеклянную крышу. Нам, барменам, приходится кое-когда рисковать, знаете ли.
– Ну, это была самая отважно исполненная работа, какую мне когда-либо приходилось видеть, – заявил Билл.
– Говорю вам, что это сущие пустяки, – запротестовал «Козел» Андерсон. – Во всяком случае, и вся работа-то тут пустая. Это ведь только стена, держащая дом.
– Стена, держащая дом. Что это означает?
– Дом, где полы поддерживаются стенами, – принялся объяснять Андерсон. – В здании со стальными рамами каждый пол поддерживает собственную стену, вот почему там могут начать строить стены сверху, или с середины, или откуда угодно.
– Ах да, знаю, – сказал Билл. – Но ведь вам никогда не приходится ломать стальные здания, не правда ли?
– Конечно же, приходится. На следующей неделе мы начнем ломать небоскреб.
– Небоскреб! – воскликнули мы в один голос.
– Да, двадцатидвухэтажное здание, занятое конторами. Оно имеет триста шесть футов высоты.
– И вы его будете ломать?
– Будем.
– Для чего же?
– Оно недостаточно высоко. Земля так дорога, что владельцам необходимо получать больше барышей с арендной платы за конторы.
– А сколько лет этому зданию? – поинтересовались мы.
– Выстроено не больше пятнадцати лет тому назад, помню, что видел его, как только оно было окончено. Тогда оно показалось мне очень внушительным зданием. Это может служить примером того, как быстро меняются условия в этом городе.
– Интересно бы знать, не сломают ли и здания Манхэттенского синдиката лет через пятнадцать – двадцать?
– Думаю, что нет, – сказал «Козел» Андерсон, качая головой. – Однако ничего нельзя сказать вперед. Когда я в первый раз увидел здание, о котором говорю, я никак не думал, что мы будем ломать его через каких-нибудь пятнадцать лет. Вот это будет нешуточной работой. Вам интересно было бы придти посмотреть на нее.
– Обязательно придем, – ответили мы.
Небоскреб, смертный приговор которому был подписан только потому, что стоимость его не могла повышаться сообразно со стоимостью земли, на которой он стоял, находился всего в четырех кварталах от нас, что давало нам полную возможность дойти туда во время обеденного перерыва. Систематичность работ там была поистине удивительна.
– Это напоминает мне военную кампанию, – заметил Билл, и сравнение его было очень метким, потому что рабочие делали свое дело, словно хорошо обученные солдаты.
Там было несколько отдельных армий. Сначала бармены атаковали стены, выламывая кирпич из-за каменной облицовки и кирпичные своды полов. Затем вторая артель выбивала кирпичную набивку из стального остова здания. За ними шла армия каменщиков, снимавших каменные части облицовки. Четвертый отряд состоял из слесарей, срезающих заклепки стального остова и удаляющих стальные балки.
