рабочего дня окончательно поглотили мои праздные мысли. Ожидания оправдались: листок исчез со стола. Исчез необъяснимо, потому что Анастасия даже не притрагивалась к нему. Возможно, рекламку сдул сквозняк, заиграл наш кот Тимур или такова оказалась воля неведомых людям сил. Не знаю. Со временем все это стало забываться. В конечном счете, даже самые причудливые сны не играют особой роли в жизни человека – так я думал тогда.
Вспомнил я о странном сне лишь после того, как нагрянула беда. Я шел домой, когда тоскливый вой Грея сжал сердце недобрым предчувствием. Руки стали непослушными и чужими. Я нашарил в кармане ключ, неловко повернул его в замочной скважине. Вбежал в квартиру, окликнул Настю. Тишина. Только Грей поскуливал, вертясь у моих ног. Встревоженный, я прошел в спальню. Настя полулежала в кресле, ее голова откинулась назад, а неподвижная рука сжимала телефонную трубку. Она была мертва…
Позже врачи объяснили – редкая болезнь сердца, внезапный приступ и смерть. Кто бы мог подумать – ей было только двадцать четыре! Но этот приговор не подлежал обжалованию. Мне оставалось только учиться жить без Насти. Когда прошел первый шок, я задумался, куда звонила моя жена перед смертью. Разгадка оказалась на редкость простой – на
полу у стола лежала та самая рекламка с загробным телефоном. Какая сила подбросила ее Анастасии? Хотел бы я знать…
Теперь я не сомневался – комбинация цифр в самом деле была ключом к иному миру. Настя доказала это своей гибелью – я не верил маловразумительным объяснениям врачей на этот счет. Меня удивляло другое, как могла Анна так жестоко и несправедливо поступить со мной как могла подталкивать к гибели? Этот вопрос не давал мне покоя. Мстительные мертвецы – образ из дешевых «ужасов». Нет, сестра не могла желать моей смерти.
Дни текли, я работал, возился с домашним хозяйством, осиротевшей живностью, дни текли, и я существовал. Была ноющая тихая тоска по Нас те, и еще порой приходило желание набрать тот роковой номер. Я понимал – ничто не происходит в этом мире случайно, и если мне была доверена непостижимая тайна, значит таков был замысел сил, творящих людские судьбы. И я не имел права не звонить. Может быть, из-за этого погибла Настя – я слишком долго тянул время, и случилось то, что должно было подстегнуть меня к действию. Или номер предназначался только мне и потому принес смерть непосвященной? В то, что Анна желает моей погибели, я так и не поверил.
И все же риск был велик. Я предвидел возможные последствия и под предлогом внезапной командировки, пристроил Грея и Тимура у Настиного брата. Больше беспокоиться мне было не о ком. Обретя свободу, я получил право на опасный эксперимент. Сев на кресло, в котором умерла Настя, я решительно подвинул к себе телефон, перекрестился и набрал номер. Тихие гудки… в трубке щелкнуло… женский голос…
— Алло…
— Анна?
— Вы не туда попали. Анна здесь не живет.
Щелчок… Пунктир коротких гудков. Неужели, от напряжения я перепутал цифры? Оставалось попробовать еще раз.
— Какой номер вы набираете?
Я назвал тот самый номер.
— Верно. Но никакой Анны здесь никогда не было. Вероятно, вы неправильно записали номер.
— Извините, — я повесил трубку.
Что же произошло? Что? Я еще полчаса просидел в кресле, прислушиваясь к своему организму. Казалось, действовал он идеально – я не ощущал предательских сбоев. В тот вечер смерть была очень далека от меня. Звонок не убивал
набравшего номер. Случившееся было совпадением. Самым обычным совпадением несвязанных между собой событий. Только и всего.
Я едва не рассмеялся. Для человека, не верящего в чудеса, я слишком легко попался в западню суеверия. Если бы не смерть жены, вся эта история воспринималась бы по-другому. Внезапный Настин уход из жизни придал значительность тому, что вовсе не имело смысла. Я скомкал дурацкую рекламку и выкинул в мусорное ведро.
Коротать дни в пустой квартире – довольно мрачная перспектива. Желая избежать этого, я на следующий же день отправился за Греем. Пришлось солгать, будто моя командировка неожиданно сорвалась. Пес лизал мои руки и лицо, вертелся вьюном, подвизгивал тоненьким голосом. Тимур, несмотря на гордую сдержанность, присущую его породе, так же соблаговолил проявить свои чувства. Кот потерся о ногу и затем неотступно следовал за мной по квартире. Зверье скучало по мне и от этого стало легче. Загрузив компанию в машину, я отправился домой.
Наутро Грей разбудил меня – увы, очередность была безвозвратно нарушена, и теперь у пса остался один хозяин. Я отдал бы все лишь бы вернуть ушедшее! Жить без Насти оказалось невероятно трудно.
