Нескладный подросток в потертой одежде, неведомо как затесавшийся в хоровод отражений, отвлек Зо-ли от блаженного созерцания. Она нахмурила брови и звезда, сиявшая на ее лбу, налилась холодным, злым светом. Но девчонка, стоявшая перед троном, вовсе не собиралась уходить, подчинившись воле разгневанной правительницы. Тогда Зо-ли заговорила:
— Ты не мое отражение! Как же ты посмела явиться сюда и омрачить наш праздник?! Ступай прочь, в зазеркальный мир!
— Я пришла не по своей воле, ибо есть законы, которые не может нарушить никто. Посмотри мне в глаза, Владычица Грез. Пришло время главного решения! Время Выбора.
Зо-ли знала – девчонка права. Обе они не могли ослушаться воли Неведомой Силы, вынуждавшей их делать то, от чего нельзя было отказаться.
— Что ж… Подойди ближе, — поманила она девчонку в потертой одежде, — посмотри мне в глаза.
Всматриваясь в близорукие глаза девчонки, Зо-ли увидела, как мелькают в глубине ее зрачков неясные образы. Будто со дна черного омута всплывали они на поверхность, заполняя весь мир… Золотой свет солнца рассеял холод лунного сияния. Повзрослевшая девчонка и незнакомый Зо-ли парень обнявшись шли по заросшей подорожником тропке, а рядом с ними, как планеты вокруг светила, пронеслись, беззаботно смеясь, двое малышей трех-четырех лет отроду.
Чувства не исказили безукоризненный лик Владычицы Грез:
— Я исполнила твою просьбу, дитя. Теперь ты позволишь мне продолжить празднество? — усмешка звучала в ее голосе.
— Вспомни его имя! Позови его! Он совсем близко, рядом. Позови его, и вы вернетесь… — в глазах нескладной девчонки блестели слезы. — Вас ждет любовь, счастье, долгая жизнь. У вас будут дети, внуки. Это – сама жизнь. Позови…
— И рухнет замок, а эти прелестные создания… — Зо-ли широким жестом указала на толпу притихших гостей, — невинные, нежные создания погибнут, разорванные порывами ледяного ветра? Обратятся в прах… Я утрачу власть, и Вечность отвернется от меня… Во имя чего? Ты хочешь погубить меня, соблазнив убогим подобием жизни и несуществующими чувствами? Но твой соблазн жалок и нелеп, как ты сама. Ты худшее отражение, которому нет места на моем празднике красоты.
Звезда на челе Владычицы Грез полыхнула ослепительным светом, озарившим нескладную девчонку, в чертах лица которой жил невыразимый ужас. Худшее отражение, несравненной Зо-ли покрылось сетью трещин и с тихим звоном рассыпалось на тысячи осколков. Серебристой чешуей устлали они опаловый пол и крошечные духи травы тот час же растащили кусочки зеркального стекла, освобождая место для закружившихся в танце пар. Бал продолжался.
Оттолкнув ногой тело поверженного врага, Орр протиснулся в расщелину и, согнувшись, пошел по прорубленному в граните скалы коридору. Не без труда, ежечасно рискуя своею головой и отправив в иной мир немало врагов, он наконец-то добрался до логова колдуньи Крыэры, дабы услышать долгожданное предсказание. Великий маг Витимюрг, обративший в камень всех троих его спутников, сумел выкрасть у Орра волшебный кристалл, тем самым лишив его магической защиты. Но не это волновало Орра, привыкшего рассчитывать только на собственные силы и не доверявшего людям, владеющим колдовством – он вполне мог обойтись без похожей на крупный изумруд волшебной безделушки. Тревожило иное – Витимюрг, завладевший кристаллом обрел с его помощью невиданную власть над живыми и мертвыми, и только его адские покровители знали, как распорядится ею старый безумец.
Коридор повернул влево, и Орр неожиданно очутился в просторной пещере. Факелы, воткнутые в щели между камнями, давали слабый неровный свет, который, казалось, не освещал, а, наоборот, сгущал тени в низком сводчатом помещении. Из мрака бесшумно выступили люди в черном, лица которых скрывали маски. Их было четверо. Орр остановился в центре пещеры, положил руку на рукоять меча. Замер, выжидая. Неслышно, как тени, кружили вокруг него безликие воины. Развевались полы их черных одеяний, пламя
