— Секс — страшный грех, — спокойно пояснил тот. Лоис бессильно качнула головой, все еще не в состоянии говорить, не веря в случившееся.
— Подумай об Адаме и Еве. С них началось грехопадение, — продолжал Генри.
Лоис громко зарыдала, по-детски всхлипывая.
— Ничего, родная, все хорошо, — прошептал он, обнимая ее. — Поверь, все пройдет. Я тебя люблю.
— Я… я тоже тебя люблю, — неуверенно произнесла она, — но…
— Не волнуйся. Мы победили грех.
Лоис мгновенно успокоилась, посчитав, что все уже позади и больше не повторится.
Генри прижал ее к себе и стал укачивать, как ребенка.
— Я так тебя люблю. Мы всегда будем вместе. А теперь давай пойдем ужинать.
Придя в ресторан, Лоис опустилась на стул, но тут же подскочила. Сидеть было почти невозможно. Она едва сдерживала стон, но попросить подушку постыдилась. Мысль о том, что официант откроет правду, была невыносимой.
— Я сам закажу, — предложил Генри и попросил салат для себя и плотный ужин для жены, объяснив это тем, что ей нужно поддерживать силы.
Даже за едой Лоис не оставляли мысли о том, что сделал с ней Генри. Нет, он не желал ей зла. Ее муж — лучший на свете человек. Ничего не скажешь, его религиозное рвение удивило ее, но что поделать, у каждого свои недостатки. Во всяком случае, больше ничего подобного ей терпеть не придется. Отныне вся ее жизнь будет посвящена этому мужчине. Она не сомневалась, что и он будет так же трогательно о ней заботиться.
Напоследок Генри заказал дополнительный десерт для Лоис, и когда та стала отказываться, покачал головой:
— Я люблю, когда женщины много.
— Я рада, что нравлюсь тебе, — улыбнулась она.
После ужина Генри предложил подняться в номер, и Лоис с радостью согласилась. Он снова ее раздел, обнял, и боль, казалось, исчезла как по волшебству. Он любил Лоис нежно, страстно и пылко, и она утонула в океане наслаждений.
— Как чудесно! — призналась она, обнимая мужа.
— О да, — согласился он, — но теперь мы должны покаяться в плотском грехе. Становись на колени.
Ночью, когда Генри заснул, Лоис потихоньку собрала вещи и ушла. Села на самолет до Ванкувера и уже оттуда позвонила Гэри. За ленчем она рассказала брату о своей недолгой супружеской жизни.
— Я подаю на развод. Но придется уехать из города.
Гэри, немного подумав, согласился, что ей лучше больше не встречаться с мужем.
— У меня есть приятель, владелец страховой компании в Денвере, — вспомнил он. — Это полторы тысячи миль отсюда.
— Идеальное расстояние.
— Значит, я поговорю с ним.
Через две недели Лоис уже работала менеджером в страховой компании. Но Гэри никогда не забывал сестру: постоянно звонил и навещал. Она купила маленькое очаровательное бунгало с видом на Скалистые горы, и время от времени брат гостил у нее. Они прекрасно проводили время: катались на лыжах, рыбачили или просто сидели на веранде и разговаривали. Гэри уверял, что гордится сестрой, и Лоис тоже гордилась успехами брата. Он получил степень доктора наук, работал в международной корпорации и был увлеченным пилотом-любителем.
Из задумчивости Лоис вывел стук в дверь. Она выглянула в окно, но у входной двери стоял не Гэри, а Том Хюбнер, высокий блондин с грубоватым лицом, пилот чартерного самолета. И друг Гэри.
Лоис широко распахнула дверь:
— Привет, Том! Входи, что ты там стоишь?
— Лоис, я…
— Гэри еще нет. Но, по-моему, несколько минут назад я слышала шум его самолета. Он будет с минуты на минуту. Хочешь подождать или…
Том как-то странно смотрел на нее.
— Ты не видела по телевизору новости?
— Нет. А что случилось? Надеюсь, не какая-нибудь очередная война?
— Лоис, произошло несчастье. Большое несчастье. Это Гэри, — выдавил Том.
Лоис оцепенела.
— Что… что с Гэри?
— Его самолет упал в горах. Гэри погиб.
Свет в ее глазах медленно гас. Как в кинотеатре перед началом фильма. Она стала задыхаться.
— Как… как… как… — повторяла она, судорожно ловя ртом воздух.
Том взял ее за руку и осторожно усадил на диван. Лоис судорожно сжала руки.
— Что… как это случилось?
— Самолет Гэри врезался в склон горы в нескольких милях от Денвера.
— Прости, Том, но я хотела бы остаться одна, — едва слышно произнесла Лоис.
— Ты уверена? — встревожился он. — Я мог бы…
— Спасибо, но, пожалуйста, уходи.
Том Хюбнер нерешительно помялся, но все же кивнул.
— Мой телефон у тебя есть. Позвони, если понадоблюсь.
Лоис не слышала, как он ушел. Просто сидела, бесцельно глядя в никуда. Больше ей не для чего жить. Словно кто-то сообщил, что умерла она. У нее не было защитника, кроме Гэри. Как отчаянно он дрался с мальчишками, дразнившими ее в детстве! А когда оба подросли, водил на бейсбольные матчи, в кино и на вечеринки. В последний раз они виделись неделю назад. Сейчас пленка времени словно отмоталась назад, и перед полными слез глазами Лоис прокручивался фильм недельной давности.
