Несколько минут ничего не нарушало тишины. Захватчики издали поглядывали на машину, двигаясь по грузовому отсеку, но больше не подходили. А Юна все-таки очнулась, забрыкалась сзади. Пару секунд.
— Тихо сиди! — шикнул на нее папа. И, наверно, пригрозил ее же пистолетом. — А ты держи ее хорошо.
Ростик зажимал ей рот. Ее черные глаза водили из стороны в сторону, оценивая обстановку. Едва кто-то опять кинул взгляд на машину, она завертелась пуще прежнего. И папа снова ее вырубил одним ловким тычком.
Спустя какое-то время мы остались в грузовом отсеке одни. Захватчики буквально сорвались с мест и вылетели в коридор. Что-то случилось. Что? Другой отряд нашел груз? Можно только догадываться.
Не знаю, сколько мы просидели в тишине. Изредка шепотом переговаривались. Я несколько раз опускала окно и прислушивалась. Далекий шум и грохот не стихал.
Видимая опасность миновала, и я не могла думать ни о чем, кроме Адама. Он ведь там, в пучине ада. В этот раз хоть немного уберег меня от самой жести. Кажется, в последнее время он слышал меня лучше, чем раньше.
— Дочка, проверь, еще не тихо?
Я опустила окно. И тут же вдавила кнопку, чтобы оно скорее поднялось — послышались тяжелые шаги у двери. Среди контейнеров показались парни из нашей службы безопасности, осматривали помещение. Я на радостях замигала фарами. Один из парней подбежал ближе, и я вышла, на всякий случай поднимая руки.
Охранник не на шутку удивился. А я, сама от себя не ожидая, спросила:
— Вы знаете, где хозяин лайнера? С ним все в порядке?
Ключ от его каюты у меня еще остался. Конечно, хозяин лайнера не отдыхал сейчас, валяясь в постели, разгребал последствия нападения, но мне обещали ему передать, что я жду его в его же номере.
Моя каюта слегка занята. Ростик дежурил возле Юны, которая пока что спала, и слезно умолял меня поговорить с Адамом насчет нее.
Что тут говорить? Она предательница. Не знаю, как лайнер освободили от захватчиков и куда их дели, но точно не выгнали просто пинками под зад и пригрозили пальцем.
С ними расправились. И Юну должна ждать та же участь. Хотя мне как минимум неприятно это осознавать.
Адам долго не появлялся. Я уже почти все фрукты съела с тарелки и косилась на бутылку вина. Вроде с ним все должно быть в порядке. Но на душе тревожно. По дороге в каюту Адама я столкнулась с Назаром в помятой рубашке. Очень непривычно поймать его в таком неряшливом виде. Он ничего мне не сказал, лишь окинул усталым взглядом. Похоже, он сам был не в восторге от нападения захватчиков.
Может, он с ними и не связан. Вряд ли его интересует груз. Ему нужно что-то другое. А архив с моего компьютера могла украсть Юна.
Первым делом, когда вернется Адам, поговорю с ним про Назара. Расскажу все как есть. Нечего ходить вокруг да около.
Но едва он показался на пороге, я кинулась к нему в объятья. И сильные руки крепко меня стиснули. Волнительное тепло разливалось по всему телу. Трудно себе признаться, насколько рада я была его видеть, обнимать, прижиматься к его груди, чувствовать его запах. Плавиться от жара его тела.
— Ты как? Тебя не били? — спросила я. Не сильно ли притиснулась к нему? Вдруг под футболкой синяки.
— Нет. Все нормально.
Внизу вертелось маленькое шаловливое создание. Щенок пытался вскарабкаться то по ногам хозяина, то по моим.
— Как вы освободили лайнер?
— Я договорился еще раньше, чтобы от Эквадора за нами плыла военная подводная лодка в целях безопасности. Ребята с нее нам и помогли. Они настоящие профессионалы.
— Тявк! Тявк-тявк!
— Тимон, тихо! Место!
— Тимон? — усмехнулась я.
Щенок, понурив свою золотистую голову, поплелся к лежанке.
— Почему вы ушли из морга? — спросил Адам, убирая волосы с моего лица. Его брови нахмурились от беспокойства. — Когда охрана вас там не обнаружила и передала это мне, я чуть с ума не сошел.
Если я сейчас начну рассказывать про Юну, то мы опять до Назара не доберемся.
— Подожди… — Я выпуталась из объятий и отступила на шаг. — Нам сейчас нужно поговорить о более важных вещах.
— Что может быть важнее того, что вы вдруг вышли из морга и пошли в грузовой отсек, рискуя попасться нападающим?! Кто додумался спрятаться в машине?!
Адам еще не отошел от потрясения. Представляю, как ему было узнать, что я с семьей вдруг пропала. Пару сотен нервных клеток он потерял. Или тысяч.
— Я отвечу на все твои вопросы. — Я примирительно подняла руки, стараясь говорить спокойно. — Ты похож на разъяренного зверя. Не надо на меня нападать.
— Так отвечай.
— Но сначала мы поговорим о другом.
— До сих пор не придумала ложь? Тянешь время? — сощурился он, наступая на меня.
— Что? — Возмущение на миг сдавило мне горло. После чего голос прорезался у меня уже с пронзительными нотками. — Когда капитан помешал нашему разговору, я собиралась тебе кое-что очень важное сказать. Очень важное! И, поверь, это в сто раз важнее морга.
— Я не знаю, что может быть важнее того, что тебя чуть не взяли в заложники. И тем самым чуть не сорвался весь план. Кто-то из вас запаниковал? Наделал в штаны? Атмосфера морга подействовала на кого-то невыносимо удручающе?