Что происходит, когда смелость заходит слишком далеко?Мэддокс Коултер. Бесшабашный плохиш. Печально известный плейбой. Мой заклятый враг. А теперь мой лучший друг.Я знаю, что он никогда не оставит меня в беде. Он знает, что я никогда не откажусь от затеи. Куда бы мы ни пошли, мы везде привлекаем внимание, но это не так.Пока это не так.Для одного из нас, во всяком случае.Я всегда знала, что он станет моей гибелью. Но я верила, что он меня поймает.Он доказал, что я ошибалась.Мэддокс зашел слишком далеко, и я не знаю, хочу ли я обуздать его или завести нас еще дальше на опасную территорию.Он говорит мне те три маленьких слова, которых я так жажду. Три маленьких слова, которые я не хочу слышать ни от кого другого.Я осмелюсь.Только на этот раз это не просто смелость. Это может сжечь нас дотла.Я осмелюсь трахнуть его.
Переведено каналом Книжный шкаф — t.me/lilybookcase
Просим НЕ использовать русифицированные обложки книг в таких социальных сетях, как: Тик-ток, Инстаграм, Твиттер, Фейсбук.
Оливеру.
Моему лучшему другу и партнеру по преступлению.
Спасибо, что верил в меня.
Лила
Его присутствие было теплым ощущением позади меня, когда мы вошли в бар. Он был близко, чертовски близко. Я чувствовала его. Я чувствовала его запах. Он был так близко, но так далеко. Опасное искушение висело прямо передо мной.
Мне хотелось повернуться и обнять его, согреться в его тепле. Мы много раз обнимались и прижимались, но после благотворительного вечера все изменилось.
Он был другим.
Почему-то между нами теперь была стена. Я не могла сломать ее или обойти ее. Это было утомительно и страшно — наблюдать за изменениями в нем, видеть его таким… холодным и отчужденным от меня. Иногда казалось, что он борется с чем-то в своей голове. Я молча ждала, когда он подойдет ко мне, чтобы рассказать о своих тревогах, чтобы найти способ его успокоить. Как всегда.
Вот только… мне начало казаться, что проблема во мне. Как будто он скрывался от меня.
Неделя в Париже. Это должно было быть весело и захватывающе. Приключение для нас. Первый день, и все уже пошло прахом.
Я закусила нижнюю губу, пока мы шли дальше по полутемной комнате. Было не слишком многолюдно, но все здесь выглядели причудливо. В конце концов, это был один из знаменитых парижских отелей; сюда часто приезжали состоятельные и знатные люди.
— Я не думала, что в отеле будет собственный бар. Изысканно. Мне это нравится.
— Это мило, — ответил он. В его голосе была грубость, но тон был механическим. Никаких эмоций.
Что с тобой не так? Что я сделала?
Я остановилась, ожидая, что он наткнется на меня. Он этого не сделал. Вместо этого я почувствовала, как его рука скользнула по моей талии, когда он обвил ее вокруг меня. Наши тела мягко соприкоснулись, и я тихонько вздохнула. Его твердая как камень грудь была у моей спины, прижимаясь ко мне, и я чувствовала каждый его вздох. Его прикосновение было сладкой, сладкой пыткой.
Пошел ты. Пошел ты, за то, что заставил меня чувствовать себя так. Пошел ты, за то, что искусил меня и оставил в подвешенном состоянии. Пошел ты, за то, что заставил меня влюбиться в тебя…
— Сюда. — Его губы задержались возле моего уха, когда он прошептал слова. Он направил меня к барным стульям.
Мы сидели рядышком. Краем глаза я наблюдала за ним, пока он заказывал напитки. Его голос был ровным и скользил по моей коже, как шелк. Мягкий и нежный.
Погруженная в свои мысли, я не замечала мужчину, стоящего рядом со мной, пока его рука не коснулась моего плеча. Я повернулась влево, мой взгляд поймал незваного гостя. Да, незваного гостя. Он помешал мне провести время с ним.
Мэддокс Коултер — бальзам для моей души, но также и жгучая боль в груди. Он был сладким раем и проклятием моего существования.
— Помнишь меня? — с легкой ухмылкой спросил мужчина в костюме.
Да, я помнила. Он был владельцем отеля. Мы встретили его, когда регистрировались вчера.
— Я увидел тебя через бар и сразу понял, что ты должна быть той красивой девушкой, с которой я познакомился прошлой ночью. — Его английский был идеальным, но с хриплым французским акцентом. Должна признать, это было сексуально. Мистер Френчмен встал между нашими стульями, разделяя Мэддокса и меня. Он загородил мне вид на Мэддокса. Загородил. Мне. Не. Нравится. Это.
— Спасибо, что помогли нам вчера, — ласково ответила я, скрывая раздражение.
Его изумрудные глаза сверкнули, а улыбка стала шире. Мистер Френчмен был типичным высоким, смуглым и красивым на глаз. И на нем был дорогой костюм, который очень хорошо сидел на его теле.
— Это было в мое удовольствие.
Я кивнула, немного теряясь в том, что еще я могла сказать. Я не стеснялась и не чувствовала себя неловко рядом с мужчинами. Но этот был слишком близок, чтобы мне понравиться, и поскольку я не испытывала к нему никакого интереса, хотя он определенно мог быть в моем вкусе, учитывая тот факт, что кто-то другой занимал все мое внимание, я не хотела продолжать этот разговор.
— Люсьен Микаэль. — Он представил мне свою руку. Я вспомнила, что прошлой ночью он назвал нам свое имя, но я не сказала ему свое.
Я взяла его ладонь в свою, пожала ее.
— Можешь звать меня Лилой. Приятно познакомиться.
Вместо того, чтобы пожать мне руку, он перевернул ее и поднес к губам. Он поцеловал ее сзади, его губы задержались там на секунду слишком долго. Его глаза встретились с моими над нашими переплетенными руками.
— С удовольствием, ma belle. (пер. франц. Моя прекрасная)
О, Боже. Ага. Мистер Френч флиртовал.
Я оглядела Люсьена и увидела, что Мэддокс бездельничает на стуле, вытянув перед собой длинные ноги, с напитком в руке, и смотрит прямо на меня. Его лицо было невыразительным.
Люсьен повернулся к бармену и сказал ему что-то по-французски. Я не понимала слов, но быстро поняла, что он сказал, когда снова повернулся ко мне.
— Это за мой счет. Угощение для прекрасной дамы.
