— Какого из?
— Элдри де Колдифаера.
У министра полезли глаза на лоб.
— Но разве он не мёртв?
— Да, пока мёртв, но в самом ближайшем времени я планирую его оживить. И хочу, чтобы когда он придёт во дворец, вы встречали его как короля. И, конечно же, короновали его.
— Понятно, ваше величество, — кивнул премьер-министр. — Сделаю всё от себя зависящее, чтобы это случилось как можно скорее.
— Пожалуйста, позаботьтесь об этом! — кивнул король. — А теперь поручение для вас, мой дорогой друг, — он взял листок со стола и отдал секретарю. — Всё что здесь написано должно быть сделано не позже, как завтра.
— Будет исполнено, ваше величество, — секретарь поклонился.
— А теперь спокойной ночи, — улыбнулся сухими губами Эреборн, выпроваживая обоих из кабинета. Когда двери закрылись, он повернулся к потомкам.
— А теперь пора вернуться в наше поместье.
Они вышли в коридор, и королевский кабинет опустел. Лишь волшебная лампа, стоя на столе, освещала жёлтые бумаги. Её слабый огонёк тонул во тьме большой комнаты.
На дворе стояла ночь, но многие авантюристы не спали. Они сидели в зале за столами, смеялись и пили пьянящие вина. Секретарша уже давно ушла спать, лишь за стойкой трактира по-прежнему работали девушки, разливая вина и отдавая разносчицам подносы.
Лили вошла в зал гильдии из задней двери и всмотрелась в сидящих людей. Никого знакомого. Всё те же весёлые лица, тех, кто отдыхает между заданиями.
Неожиданно до слуха долетели тонкие звуки гитары. Она повернулась и увидела Эмиля сидящего на стуле. Он выглядел усталым, и грустный взгляд падал на трактирный зал. Белая рубашка пропиталась дорожной пылью, и чёрные туфли потеряли всякий блеск. Штаны тоже выглядели как после долгой дороги.
Лили подбежала к графу.
— Ваша светлость!
— В этих стенах я всего лишь бард, девочка, — улыбнулся он ей.
— Мне сняться странные сны про Пьера и Вельгу, — выпалила Лили. — И мне кажется, что я должна сейчас быть в поместье Колдифаеров.
— Зачем тебе туда? Это место проклято всем миром. Там ничего нет кроме болезней и мрака, — печально посмотрел на неё Эмиль. — Это кладбище наших душ. Это наше тяжкое бремя. Это язва мира.
— Я видела во сне Эреборна и его сына, — скороговоркой говорила она. — Эреборн говорил, что лекарство фальшивка, что исцеление основано на вере в него.
— Какая уже разница? — пожал плечами Эмиль. — Я умер, и всего лишь тень в этом мире. Вместо того, чтобы жить, я думаю о том, к чему мы пришли. Стоила ли наша сила чего-то, когда в самый нужный момент мы оказались бессильны? Теперь я много думаю.
— Вместе с Элдри я была в поместье Колдифаеров. — смотрела на него Лили, в её голубых глазах сиял огонёк надежды.
— Да, мрачное место. Это символ нашего бессилия перед катастрофами.
— Вы можете меня туда доставить сейчас? — она сразу же решила спросить прямо.
— Я вижу, ты будешь могущественным магом, — поднял голову Эмиль. — У тебя очень редкая сила — сила жизнедательницы. Незамутнённая сила. Это редкий дар в нашем мире, полном грязи и порока. Тебе не стоит туда ездить, ведь каждый раз, когда ты прикасаешься к скверне, ты вбираешь её часть в себя. А твоя сила, в отличии от моей, нужна миру. А все Колдифаеры пропитаны скверной, они получились слишком много от этого мира, и такова плата за всё.
— Мне кажется, что я нужна там, в поместье! — в сердцах воскликнула Лили. — Что там я могу помочь, сделать что-то важное! Кого-то спасти!
— Почему ты так считаешь? — посмотрел на неё Эмиль, в его взгляде жили тоска и тепло.
— Это чувство, оно как-то связано с прошлым и моими снами, — Лили заломила руки.
— Вполне возможно это так, и ты на самом деле нужна там в поместье Колдифаеров, что ты сможешь кого-то спасти. Но я не могу везти тебя навстречу опасности. Я не Элдри, и не великий маг. Я просто бард. Я хочу только играть и размышлять о жизни. И даже если ты на самом деле спасёшь кого-то из Колдифаеров, то это не стоит того. Колдифаеры не стоят того, чтобы ты пострадала из-за этого. Разгребать скверну это не твоя задача. Ты должна сеять жизнь, а не выгребать яму. Ты не должна туда ехать, а тем более — сейчас. Неважно кого ты там спасешь, тот, кого ты можешь спасти, не нуждается в спасении.
— Я подожду, пока вы не передумаете. Заодно послушаю музыку.
Лили села на свободную скамейку у стола.
Эльмор начал играть на гитаре, что-то напевая.
— Что-нибудь повеселее! — крикнул из зала поддатый авантюрист.
— Хорошо! — кивнул Эмиль.
Он играл, а Лили погрузилась в тревожные раздумья. Она слушала лёгкие звуки струн, и аккорды погружали её в идеалистический мир сельской жизни.
