— Какие? — Жюли пожала плечами. — Последние несколько дней маги из гильдии магов молчат, поскольку не могут связаться со столицей. Они должны были отправить туда людей.
— Я знаю, какие вести они принесут, — улыбнулась Атэнаис. — Впрочем, не о них. Тут похоже ничего не изменилось. Вы в курсе о смерти Элдри?
— Да, — по щёкам блондинки потекли слёзы. — Весь второй день фестиваля гильдия оплакивала его.
— Ублюдки, — зло выругался гном Макарыч. — Такого человека убили!
И гном поспешил по делам.
— Из-за этого в столице тоже произошли изменения, — лукаво улыбнулась Атэнаис. — И в проклятое графство теперь лучше не заходить.
— Я догадывалась, — кивнула Жюли.
— А что все обсуждают?
— Последние недели пока мы мирно жили в Илде, юго-восток страны заполонили племена гоблинов, они переходят через граничный хребет. Причём гоблинов так много, что они поднимаются выше и выше на север, и оседают вокруг деревень. А те, кому не хватает место, идут ещё выше. И даже в баронствах Анд и Годфри их уже заметили.
На следующий день Санчо с Джульеттой вышли из помпезного здания суда, которое возвышалось в центре города. Сев на крыльца парень вздохнул: впервые он выступал в суде, как жертва. Он не любил подобные процедуры, и не хотел идти, тем более, что пришлось рассказывать, как он чуть было не стал жертвой старика, гнавшегося за ним с топором. К делу ещё и присоединили показание Джульетты. В общем, к счастью для Санчо, старику Гарху дали год каторги. Теперь проблема жилья была решена.
Довольный и уставший юный авантюрист сидел на крыльце. Суд над папашей Гархом, как его звал весь район, был последним, и когда Санчо с девушкой собрались уходить, то из-за здания выехала повозка с клеткой, где сидели заключённые.
Папаша Гарх вцепился в потемневшую решётку и стал орать на всю улицу.
— Продажная ссука, как ты посмела наговаривать на своего отца! Ты такая же мразь, как и твоя мамаша! Сволочь! Да я тебя растил! Во всём себе отказывал, чтобы ты так поступила со мной! Со мной — с твоим драгоценным отцом! Да, как ты посмела? Шлюха! — он брызгал слюной. А повозка всё удалялась и удалялась. Посему папаша Гарх переключился на Санчо. — А ты малолетний ублюдок, небось, теперь будешь моей дочурке во все щели засаживать! Сволочь! Не для того я её растил, чтобы какой-то нищий шкет её имел задаром! Не для того! Я вернусь и убью тебя! Слышишь! Готовься!
Тут повозка свернула, и крики заключённого больше не беспокоили уши Санчо. Конечно, Санчо боялся, что теперь старик Гарх вернётся и убьёт его, поскольку он уже последние мозги пропил и от него всего можно ожидать. Но до этого был ещё целый год, а значит, многое может произойти.
— Пошли в ресторан! — он взял девушку за руку.
— А не жирно ли по ресторанам ходить?
— Надо отпраздновать твоё освобождение от гнета папаши! — усмехнулся Санчо. — Пошли!
И они направились к недорогому ресторану.
В гильдии авантюристов в это время шёл обед. Все столы были заняты, поскольку многие авантюристы готовились к заданиям и собирали команды. Тем, кому не хватало столов, сидели на длинных скамейках у стены, на которой висела карта окрестностей Илда. Там рядом с лестницей сидела Майя, пытаясь исполнять роль барда.
На этом месте к ней подошёл высокий мужчина, одетый как аристократ.
— Леди, простите, что прерываю, — улыбнулся он. — Не одолжите ли свою гитару?
— Хорошо, — поднялась Майя, — меня всё равно никто не слушает.
Он протянула ему гитару, держа за гриф. Майе аристократ понравился, она отметила, что он чем-то походит на Элдри. Только лицо у незнакомца было без бороды и попроще, а длинные волосы небрежно спадали на плечи.
Мужчина, взял гитару сел рядом с девушкой, и тонкие пальцы побежали по струнам.
Голос его звучал громко, раскатисто. Жующие авантюристы, стали оборачиваться, смотря на того, кто пел эту песню.
Все смотрели на него, позабыв свои дела, а аристократ продолжал играть.
