Моё тело принадлежит им. Они ласкают всё, до чего дотрагиваются, целуют, кусают, и я чувствую, как все мои нервные окончания собираются в одном месте. Всего лишь пара движений умелого языка Ромы на чувствительном клиторе и прикосновения Димы к моим твёрдым соскам, как я с оглушительным криком взрываюсь мощным оргазмом.
Меня трясёт так долго, что кажется – отключусь от переизбытка эмоций, и когда последняя волна оргазма стихает, я открываю глаза и вижу перед собой две пары затуманенных глаз. Мои мужчины смотрят на меня с восхищением и… гордостью. Им понравилось увиденное, доставило удовольствие, что это они довели меня до такого.
– С ума сводишь, – в подтверждение моим мыслям говорит Дима и целует мои припухшие губы.
Я должна получить такое же удовольствие – увидеть, как они взрываются от моих ласк, насладиться таким же моментом, как это сделали они минуту назад. Хочу почувствовать свою власть над ними.
Нахожу в себе силы и под удивлёнными взглядами двух мужчин поднимаюсь с кровати, беру обоих за руку и иду на середину спальни. Они поддаются моим манипуляциям, я вижу в их глазах азарт и похоть, и меня саму накрывает новой волной возбуждения.
Застыв на месте между ними, я опускаюсь на колени, слыша тяжёлые вздохи над головой. Беру каменные члены в руки, провожу ладонями по всей длине, предвкушая следующий шаг. Большими пальцами размазываю прозрачные капли по головке, снова наслаждаясь глухими стонами своих любимых.
Никогда не делала подобное с двумя мужчинами одновременно и, если честно, не знаю, как меня хватит на двоих, но желание невыносимо. Высунув язык, я провожу им по головке Роминого члена, чувствуя солоноватый вкус. Обхватываю губами и насаживаюсь ртом насколько возможно глубоко, при этом продолжая водить рукой по стволу Димы, потом делаю тоже самое ртом с членом Димы, лаская рукой Рому.
Увлекаюсь процессом настолько, что уже трудно дышать, но остановиться и мысли не возникает. Работаю ртом по очереди, не обделяя ни одного из них, уделяя внимание обоим, доставляя им максимальное удовольствие и чувствуя власть над этими мужчинами.
Но вскоре меня лишают этого чувства, и инициативу берут они. Намотав мои волосы на кулак, Рома начинает толкаться в мой рот, доставая головкой до самого горла. То же проделывает и Дима, вырвав меня из лап Ромы.
Власть была недолгой – мелькает мысль в голове, но я совру, если скажу, что мне не нравится роль подчинённой.
Между ног влажно настолько, что мои бёдра в моей собственной смазке. Затылок тянет от того, насколько сильно мужчины сжимают мои волосы. Грудь потяжелела, соски ноют, требуя ласки, и я накрываю свою грудь ладонями, пока меня грубо трахают в рот по очереди.
Член во рту твердеет, кажется, это Ромин. К своему стыду, я уже потерялась в пространстве, и, спустя несколько грубых толчков, на язык брызгает тёплая солоноватая жидкость. Едва успеваю всё проглотить, как во рту уже другой член. Словно кто-то поставил действия на повтор – несколько толчков, и на языке та же вязкая жидкость, но с менее солоноватым вкусом.
Вытерев уголки губ пальцем, я поднимаю голову к своим довольным, как чеширские коты, мужчинам, и в тот же момент меня нежно целуют губы Димы, а потом грубовато оставляет свой поцелуй Рома.
– Ты… нечто, Полин, – хрипло шепчет Рома.
Выдохнув, словно я пробежала марафон, расслабляюсь, опустившись попой на свои пятки. Рома выходит из комнаты, а Дима открывает дверь и заходит в ванную. Я и не знала, что в квартире не одна душевая.
На меня нападает дикая усталость, хочется лечь в постель и уснуть мёртвым сном, но у мужчин другие планы. Вернувшийся в комнату Рома держит в руках три порции коньяка. Ставит их на комод, помогает мне встать и вручает один стакан. Дима тоже возвращается, держа в руках какую-ту продолговатую вещицу, не могу рассмотреть, даже когда её бросают на кровать. Какого-то фига чокаемся стаканами, и несмотря на то, что желания пить алкоголь у меня нет, пить всё же хочется, и я осушаю стакан в два глотка, морщась от его крепости.
– Устала? – интересуется заботливым голосом Дима, и я киваю.
– Сейчас взбодрим, – многозначительно играет бровями Рома, и Дима усмехается.
Им явно не до сна, и их бодрости можно только позавидовать.
Забрав из моих рук пустой стакан, Дима ставит его на комод, обнимает меня одной рукой за талию и поднимает, заставляя обвить его торс ногами. Не даёт опомниться и обрушивается на мои губы страстным поцелуем. От его нежности и чувственности мало что осталось, это я поняла ещё когда он толкался членом, который сейчас снова в боевой готовности, в мой рот.
Усевшись со мной на руках на кровать, Дима ложится на спину и утягивает меня за собой, устроив на свою грудь и не прекращая целовать мои опухшие губы. Каменный ствол дёргается подо мной, и я невольно начинаю ёрзать, касаясь его клитором и постанывая мужчине в рот.
Кровать прогибается ещё больше, оповещая, что на ней нас уже трое. Дима отрывается от моего рта и, приподняв над собой, словно пушинку, ползёт назад к изголовью кровати.
