Уже наступил вечер, когда спасатели услышали крики ребенка, доносившиеся со дна старого колодца. Спустив на веревке фонарик, они увидели, что колодец очень глубокий и может вот-вот рухнуть. До смерти испуганный мальчик лет шести стоял по грудь в грязи. Врачи попытались поднять его на веревке, но ребенок не смог удержаться, тогда Элиот сам обвязался веревкой и полез в колодец.
Он знал, что умрет не сегодня. Впереди у него еще долгих двадцать семь лет одинокой жизни.
Зима. Пустынный пляж, по которому гуляет ветер.
Опираясь на трость, Илена прошла несколько метров и села на мокрый песок.
Врачи говорили ей, что она еще молода, у нее железная воля и однажды она сможет ходить, как все. А пока, несмотря ни на какие лекарства, боль не проходила. Болело не только тело, болела ее измученная душа.
Восьмого декабря в больнице «Ленокс» в перерыве между операциями Элиот лежал на диване в комнате отдыха. Коллеги обсуждали последние новости: президентскую кампанию Рейгана, новую песню Стиви Уандера[29]…
Кто-то включил телевизор, и Элиот услышал:
Держась за руки, Мэт и Тиффани гуляли среди виноградников. Вот уже три года они счастливо жили в вместе. Много ли на земле людей, которые счастливы вместе? И может ли любовь длиться всю жизнь?
Элиот осторожно встал с кровати, стараясь не разбудить спящую рядом женщину. Они познакомились несколько часов назад в баре. Он оделся и уже хотел выйти из комнаты, когда женщина пошевелилась и спросила:
– Ты уже уходишь?
– Да, не вставай, я закрою за собой дверь.
– К твоему сведению, меня зовут Лиза, – проворчала она, накрываясь с головой одеялом.
– Я знаю.
– Тогда почему ты назвал меня Иленой?
Мэт и Тиффани лежали, обнявшись. Тиффани плакала. Уже пять лет они безуспешно пытались завести ребенка.
Недавно ей исполнилось сорок лет.
Шли дни, недели, годы.
Илена снова обрела смысл жизни.
И научилась ходить. Пусть прихрамывая, но она ходила!
Со всем энтузиазмом и нерастраченной энергией Илена преподавала морскую биологию в Стэнфордском университете и принимала активное участие в акциях Гринписа, в кампании против выброса радиоактивных веществ в море, и помогала создавать первые европейские отделения Гринписа в Париже и Лондоне.
Лето в Сан-Франциско.
Холл больницы залит солнцем. Элиот купил колу и сел в кресло.
Он смотрел новый канал Эм-ти-ви. На экране чувственно извивалась молодая певица в эпатажном остроконечном бюстгальтере. Это была Мадонна.
В больнице царила непривычная тишина. Кто-то забыл на столике кубик Рубика. Элиот взял его и быстро собрал. У него, как и у любого другого, случались хорошие и плохие дни. Сегодня все шло очень неплохо, и он был спокоен. Но бывали дни, когда одиночество и усталость окрашивали все вокруг в черный цвет.
Вдруг послышалась сирена скорой помощи. Привезли очередного пациента. Элиоту предстояла очередная операция, и жизнь снова обрела смысл.
Верона, начало весны.
Элиот отправился в Италию на двухдневный конгресс по хирургии. Если он правильно понял двойника, именно сегодня он должен встретиться с будущей матерью его дочери.
Сидя на террасе, он смотрел, как заходит солнце над Пьяцца Бра. Багряный свет заливал римский амфитеатр, окруженный десятком уютных ресторанчиков.
– Это вам.
Официант поставил перед Элиотом бокал мартини, в котором плавали две оливки.
Что же делать? Элиот знал, что сегодня должен встретиться со своей судьбой, и волновался: вдруг что-то пойдет не так. Он снова вспомнил слова двойника, которые услышал десять лет назад: «6 апреля 1985 года на конгрессе в Вероне ты встретишь женщину, которая проявит к тебе интерес. Ты обратишь на нее внимание, вы вместе проведете выходные. Тогда и будет зачата моя дочь».
Казалось бы, все очень просто! Вот только шестое апреля – это сегодня и уже семь часов вечера, а итальянка все еще не по явилась.
– У вас не занято?
Элиот поднял голову, удивленный, что к нему обратились по-английски, и даже с нью-йоркским акцентом. Перед ним стояла красивая молодая женщина в светло-розовом костюме. Возможно, она догадалась, что он американец, увидев газету, которая лежала перед ним на столе. Элиоту показалось, что она рада тому, что встретила соотечественника.
Элиот кивнул и предложил незнакомке сесть. Они разговорились. Ее звали Памела, она работала в сети отелей класса люкс и приехала в Верону по делам.
