Ты должна мне убийство полностью

– Знаешь, тебе стоит быть поосторожней. В таких местах всегда встречаются маньяки, которые хотят украсть твои трусы, – подмигнула она.

Я медленно пощупала карман джинсов – телефона не было, я забыла его в комнате. Никки улыбнулась, будто прочитав мои мысли: я не могла записать ее на диктофон.

– Я уже кинула твою одежду в сушку. Кстати, у меня для тебя кое-что есть.

– Что бы ты ни показала, мне от тебя ничего не нужно. – Я отступила, игнорируя ее протянутую ладонь, сжимавшую что-то внутри.

Ее ничуть не потревожил мой отказ. Она просто положила крошечную записку на стол.

– Это адрес. Там ты сможешь найти мою маму.

– Я не буду ничего делать.

– Думаю, ты можешь убить ее сегодня вечером, – продолжила говорить Никки, будто не услышав меня. – Меня дома не будет, а она начала пить уже с утра. У нее есть целый графин с коктейлем – она говорит, что скоро подойдут подруги, но это просто отмазка. Еще даже не полдень, а она уже пьяная. – Никки раздраженно закатила глаза. – Мать думает, если подавать напитки в вычурных бокалах, то ее нельзя считать алкоголичкой. Она продолжит в том же духе весь день и к вечеру уже вырубится. Будет спать как мертвая. – Никки захихикала. – Ну, не мертвая в прямом смысле… пока, но тебе это облегчит задачу.

– Я не буду вламываться в твой дом.

– Не волнуйся, не понадобится. Задняя дверь сломана и не закрывается, уже вечность не можем починить. Это, скорее всего, будет первой вещью, которую заметят потом полицейские. Незапертая дверь в большом городе… – Никки покачала головой, словно не веря глупости своей матери. – Будто мы приглашаем к себе убийц.

Она ходила по прачечной с видом генерала, осматривающего войска.

– Я могу нарисовать тебе карту дома, чтобы ты могла без проблем все найти. Не наступай на третью ступеньку на лестнице – она скрипит. Надеюсь, ты сможешь сделать все похожим на несчастный случай. Как именно – сама решай. Мать принимает кучу лекарств и, если будет валяться без сознания, когда ты придешь, можешь просто закинуть ей в рот горсть таблеток – она их сразу же проглотит. Только не скупись, а то еще проснется через пару часов с головной болью и в блевотине.

Никки закусила нижнюю губу и продолжила:

– Думаю, проще всего будет пойти на второй этаж и пошуметь немного, чтобы она вышла на лестничный проход, и там столкнуть ее. Она плохо держится на ногах даже будучи трезвой, а уж когда пьяная, полетит по ступенькам без проблем. Никто даже не удивится, что она упала. В прошлом месяце мать врезалась в дверь и сломала себе нос. Она попыталась убедить врача, что упала на пробежке, но тот ей не поверил. Конечно, она ведь даже потеет пивом.

Стоявший в прачечной запах стирального порошка и плесени начинал вызывать у меня головную боль. Я потрясла головой, стараясь прогнать ее, но Никки показалось, что я с ней не согласна. Она подняла руки, как бы показывая, что сдается.

– Если не хочешь убивать ее так, ничего, это твой выбор. Я просто предлагаю варианты. Но помни, у нас вокруг куча соседей, так что постарайся сделать все тихо.

Сушка закончила работу. Никки открыла дверцу и вытащила мои футболки на стол, оставив джинсы внутри. Она снова закрыла дверь, закинув в машинку пару монет.

– Они никогда не высушивают все до конца, – сказала она, четко и аккуратно складывая мои вещи, как будто работала в магазине одежды. Затем Никки взяла бумажку с адресом и положила ее в карман одной из моих кофт.

– Ты совсем безумна.

Она громко засмеялась, словно я сказала смешную шутку. После чего вытащила мою темно-серую флисовую кофту.

– Советую тебе надеть это. Сегодня утром я вкрутила над задним входом старую перегоревшую лампочку, но у наших соседей освещение всегда такое, будто это один из театральных шатров в Вест-Энде. Они не станут совать нос – привыкли к пьяным дебошам моей мамы, – но они всегда настороже. Если будешь вести себя подозрительно, они позвонят копам. Знаешь же, какие старики вечно недоверчивые. Не волнуйся о соседях с другой стороны – там пустой дом на продажу.

Я выдернула свою кофту у нее из рук. Сердце стучало так громко, что меня даже удивило, почему под футболкой все еще не заметно, как оно пытается вырваться из-под ребер.

– Не знаю, как еще тебе сказать. Я не собираюсь ничего делать твоей маме.

Даже произнося эти слова, я могла представить себе в голове все детали убийства. Как я зайду к ним на задний двор. Дом Никки будет темным. Я прокрадусь по лестнице, вспомнив, что нужно переступить через третью ступеньку. Затем встану над ее спящей матерью, пытаясь не вдыхать запах алкоголя в комнате, и накрою ее лицо подушкой, выжимая из нее весь воздух.

– Но ты обещала.

Я схватила вещи со стола, обошла Никки и вытащила оставшуюся одежду из сушки, даже не обратив внимания, что они были все еще влажными. Никки меня пугала.

– Я тебе ничего не обещала, – отрезала я.

Никки заслонила собой дверь.

– Почему ты так себя ведешь?