— Можешь ты меня хоть минуту не перебивать? Я все еще на работе. Ну ладно, — сдался он наконец, истинная причина, по которой я звоню, состоит в том, что я хочу узнать, что ты собираешься делать в эти выходные.
— В эти вы-ход-ные? — У нее бешено застучало сердце.
— Да Ты опять слишком занята, чтобы увидеться со старым другом?
«Скажи ему, что ты работаешь, что у тебя свидание, что ты красишь стены в своей квартире. Скажи, что угодно, солги!» Все дело в том, что у нее не было никаких особых планов на выходные. Серена сделала в жизни много ошибок, у нее была масса недостатков, но лживость не относилась к их числу.
Серена задумчиво потерла переносицу.
— У меня нет никаких особых планов.
— Отлично! Думаю, нам нужно провести их вместе.
Множество ярких картин пронеслось в ее воображении. В основном — обнаженный Дэвид в различных позах. Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как они были вместе.
Когда он в декабре приезжал в Атланту, она под предлогом горячего праздничного времени, забитого работой, постаралась не встречаться с ним, хотя они оба понимали, что если бы она очень захотела, то смогла бы выбраться — хотя бы попить кофе. Все дело в том, что она хотела этого слишком сильно.
Серена слишком сильно любила Дэвида, чтобы заводить с ним простую интрижку. Поэтому она выбирала себе бой-френдов, которые не вызывали у нее глубоких чувств.
Дэвид был парнем, с которым встречалась ее соседка по комнате в общежитии. Когда они познакомились, Серена нашла его привлекательным и слегка высокомерным. Он учился на параллельном курсе, позже они не раз сталкивались на лекциях, которые слушали студенты нескольких специальностей.
Дэвид стал для Серены просто приятелем, с которым приятно поболтать. Потом превратился в постоянного друга, которому можно писать по любому поводу электронные письма. В них она рассказывала Дэвиду обо всем, начиная от мучительных финансовых проблем до болезненно неуклюжих попыток отца примириться ней. Дэвид, занявший в ее сердце главное место и ставший таким значимым для нее, представлял серьезную угрозу для ее покоя.
Особенно, если она его потеряет…
Если бы она знала заранее, у нее было бы время подготовиться. Впрочем, они оба взрослые, умудренные опытом люди. Вряд ли игра гормонов может сильно повлиять на их отношения.
— Ты не хочешь меня видеть, — с тяжелым вздохом прервав затянувшееся молчание, констатировал он. — Это как-то связано со Счастливым Странником? Или это потому, что…
Когда речь заходила о Патрике, а именно так звали Счастливого Странника, Дэвид всегда употреблял только это прозвище, а в голосе у него проскальзывали насмешливые, иронические нотки. Ему явно не нравился ее бойфренд. Ее бывший бойфренд.
— Действительно, я собиралась кое-что рассказать тебе о нем. Мы больше не встречаемся.
Дэвид замолчал. Непонятно, что кроется за этим молчанием. Ей показалось, что пауза тянется целую вечность. Серена даже решила, что их разъединили.
— Так ты теперь одна? — наконец спросил он. Хотя сказано это было таким самоуверенным тоном, что прозвучало не как вопрос, а как утверждение.
Он словно объявлял, что, раз она свободна, теперь будет принадлежать ему. У Серены засосало под ложечкой.
Она тяжело вздохнула.
— У меня несколько неотложных дел в эти выходные. Но если ты все равно будешь в городе, то мы можем с тобой позавтракать или выпить кофе.
— Правильно, нужно встретиться в середине дня в каком-нибудь людном месте, и чтобы не было дождя.
В холле послышались шаги. Серена понимала, что идут не к ней, а к дантисту наверху, но все же она ухватилась за этот повод, чтобы закончить разговор.
— Извини, ко мне идет клиент, я тороплюсь. Позвони мне позже.
Не успела Серена произнести эти слова, как дверь распахнулась и она с удивлением обнаружила, что посетитель направляется именно к ней. Она повернулась и чуть не задохнулась от изумления при виде темноволосого мужчины, широко улыбающегося ей от входной двери.
— Сейчас мы это обсудим, — Дэвид убирал телефон, а у нее в ушах еще звучали короткие гудки.
Серена почувствовала, что ей не хватает воздуха.
Его голубые глаза, казавшиеся гораздо светлее и ярче, чем ей помнилось, пристально глядели на нее, а сам он улыбался своей неповторимой сексуальной улыбкой.
— Рад наконец-то видеть тебя, Серена, но, черт возьми, я действительно надеялся, что ты и вправду окажешься в бюстье и кожаных брюках!
Серена от неожиданности потеряла дар речи.
Какого дьявола он стал даже еще красивее?
Она любовалась озорным выражением его лица, таким же многообещающим, как и его голос. У него очень чувственные губы, тронутые улыбкой. От этой улыбки в уголках его светлых глаз залегли морщинки. Он был строен. Закатанные рукава являли мускулистые руки. Глядя на его руки, она представляла, как он, опираясь на них, возвышается над нею, поигрывая мускулами.
С трудом отведя глаза, Серена начала постепенно приходить в себя.
