В каждом доме есть свой скелет в шкафу… Стоит лишь чуть приоткрыть дверцу, и семейные тайны, которые до сих пор оставались в тени, во всей их безжалостной неприглядности проступают на свет, и тогда меняется буквально все…Близкие люди становятся врагами, а их существование превращается в поединок амбиций, войну обвинений и упреков.…Узнав об измене мужа, Бет даже не предполагала, что это далеко не последнее шокирующее открытие, которое ей предстоит после двадцати пяти лет совместной жизни. Сумеет ли она теперь думать о будущем, если прошлое приходится непрерывно «переписывать»? Но и Адам, неверный муж, похоже, совсем не рад «свободе» и не представляет, как именно ею воспользоваться…И что с этим делать Мэг, их дочери, которая старается поддерживать мать, но не готова окончательно оттолкнуть отца?..
Пусть говорят, что лучшим чужд порок,
Однако большинству пойдет на пользу
В себе найти изъян.
Мне здесь не место. Я знаю это так же твердо, как свое имя, заученный наизусть номер медицинской страховки, дату и время рождения дочери. Мне здесь не место. Адам Холл… NC100X9T… третье марта тысяча девятьсот девяносто четвертого года, 8 часов 4 минуты утра, Сара-Луиза Холл, кесарево сечение, первый наш с Бет ребенок.
Вот он, тот дом. Здесь не припарковаться, надо ехать дальше. На пассажирском сиденье автомобиля — красиво упакованный подарок. Сегодня день рождения…
у одного человека. Я выбирал подарок долго и вдумчиво. Для меня это важно.
В конце узкой улицы я разворачиваюсь и проезжаю мимо парковки. Она в десяти домах от того дома.
Кто-то выезжает, и мне удается втиснуть автомобиль на освободившееся место.
Там в разгаре вечеринка, дом украшен гирляндами воздушных шариков. Бросаю взгляд на коробку. Когда я ее заворачивал, то сложил скотч вдвое, так что снаружи линии склейки не видно. Как это делать, меня научила Бет. «Спрячь все следы. Смотри, так гораздо опрятнее». Она права. То, что прячешь, гораздо опрятнее.
Открываю окно машины. Из дома доносится громкий смех. Мимо проходит женщина, на плече тяжелая сумка, в руках — небольшой сверток и бутылка вина.
Я не имею ни малейшего представления, кто она такая, но женщина шагает быстро, словно опаздывает.
В метре от моей машины, только протяни руку, растет куст жасмина. Вдыхаю опьяняющий аромат, прикрываю глаза. На память приходит цветочный запах маминых духов. Левая рука сжимает рычаг тормоза, — и на ум приходит детская песенка, которую она часто мне пела:
Я смотрю на подарок. Прикусываю губу.
Мне здесь не место.
Завожу мотор. Больше я сюда не вернусь, никогда.
Повторяю это вслух, смотрюсь в зеркало заднего вида и произношу свое обещание четко и медленно.
Уезжая, с нетерпением думаю об ожидающем меня воскресном обеде. Сейчас я приду домой, поцелую жену. Приму душ, смывая безумие сегодняшнего утра, окунусь в милые подробности дорогой мне жизни. И спрячу в самый дальний угол кладовки подарок — искусно завернутый, так, что не видно склеек, — спрячу от людей, которых люблю.
Я отвечаю:
— Мой муж — волокита.
Доктор Каролина Гетенберг сидит нога на ногу и делает записи в линованном блокноте.
— Такое изысканное слово для обозначения бабника.
Прямо сейчас он трахает официантку.
На языке остается грязный осадок. Мысленно я прошу прощения у всех нормальных официанток, но продолжаю:
— Меня предали. Это очень больно.
Каролина сочувственно кивает. Широкое лицо, золотистые локоны, темные глаза; длинные стройные ноги обтянуты шелковыми колготками. Интересно, сталкивалась ли она с предательством в своей яркой успешной жизни?.. На стенах — множество сертификатов в тонких рамках. Впечатляет.
Похоже, я изучаю ее внимательнее, чем она меня.
— Давайте уточним время следующей встречи, — предлагает доктор.
На моем лбу собираются морщинки. Я ведь разумная женщина. Какого черта я здесь делаю? Что мне нужно от этой ухоженной женщины в этом аккуратном кабинете? Я кошусь на нее и едва сдерживаю приступ паники.
— Это поможет мне лучше вас узнать, — поясняет она. — Кто такая Бет? Что значит для Бет быть Бет? Я бы хотела понять, какая вы и как вы такой стали.
Вдалеке завывает сирена, словно предупреждая меня об угрозе. Я шепчу:
— Я бы тоже.
Смартфон в машине сообщает о трех пропущенных звонках. Один от Джоша, моего агента, и два от Адама. Если бы телефон на самом деле обладал интеллектом, он бы догадался стереть из памяти его номер.
Я уже думала об этом, — но удаление Адама из памяти телефона не сотрет его из моей головы. Я подключаю блютуз и перезваниваю Джошу, направляясь к ближайшему супермаркету.
Через двадцать минут выгружаю покупки из корзины на ленту транспортера. Апельсины, тунец, сладкая кукуруза, журнальчики, полуфабрикаты с курицей и две бутылки охлажденного белого вина.
«Как определить, что ваш мужчина неверен?» — вопрошает заголовок на обложке одного из едущих по ленте журналов. Их четыре, все в одном духе. Они успокаивают: ты не одинока, у всех так, измена — дело житейское.
— Карта? — спрашивает меня кассирша, девушка с кофейного цвета кожей и миндалевидными глазами.— Карта?
— Ну, у вас есть наша накопительная карточка? — Она едва сдерживает зевок. На внутренней стороне запястья кассирши маленькая татушка — инь-ян.
