— Станислав Валентинович, проект Вы, я думаю, уже успели изучить. В плане доказательной базы там все ровно, с аудитом — согласовано. Для меня вопрос стоял только в одном, стоит ли оно того, на полную катушку. Мою точку зрения Вы знаете, лучше со ста по десять миллионов, чем с одного миллиард. Это много, слишком. Не только для города, для региона в целом. И за то время, пока мы по всем судам с ними протащимся, а там будет и Верховный, я уверена, игра стоит свеч, мы бы успели поработать со множеством других. А так, — пожимаю плечами, — Я не сторонник обанкрочивания.
— Этих так не обанкротить, — отмахивается, будто говорю сущую глупость, — Заплатят. Ты как маленькая. Неужели масштабов не понимаешь?
— Если честно, мне все равно. Что касается деятельности организации, судя по тому, что я вижу, сумма значительна. А что касается учредителей, — медлю, потому что перед глазами прожигающий взгляд Гайворонского мелькает, отчего немного передёргивает, не привыкла я о чужих мужчинах столько думать, — Их финансовое положение меня не касается.
— Ну тогда я тебе скажу, суммы там даже на счетах за небесные, — уровень злости в крови Юрьева явно возрос.
— Гайворонскому даже субсидиарную тут не предъявить, а Янсон, — говорим об очевидных вещах, мне так жалко времени, — Вы все знаете сами. Наше сложное, можно бы было даже за счет дебиторки взыскать, и все бы работали. Тысяча рабочих мест. Как хорошо, что решение принимала не только я, — как можно добрее улыбаюсь.
Юрьев качает головой:
— Тебя, если что, это не спасет.
— В этом точно не сомневаюсь. Можно уже идти? — спрашиваю, а сама уже поднимаюсь. Социофоб во мне просыпается, даже глазки уже открыл.
— Скинь мне актуальную аналитическую, в обед ознакомлюсь. Иди.
Страх сковывает сквозь сон. Практически сразу после пробуждения я начинаю осознавать, что это не реальность, но полностью успокоиться не получается. Всё потому что это не плод фантазии, а воспоминания. Онемение пальцев и боль в ладонях отрезвляют, немного. Способ успокоиться мне известен только один.
Путь до спальни Егора преодолеваю за считанные секунды. Кому расскажи — засмеют, не ребенок приходит к маме, когда ночью становится страшно, а наоборот. Благо Егор относит к этому снисходительно, ему даже нравится, чувствовать, что он меня защищает, пусть и от самой себя. Панические атаки прекратились сразу же после переезда. Но в те моменты, когда я слишком устаю морально, снятся кошмары. Полагаю, что нервная система просто не справляется.
Отпускать рабочие моменты дома у меня выходит не всегда, точнее вовсе нечасто. По квартире, то тут, то там, можно найти заметки, которые я записываю, как только что — то полезное приходит в голову. Особенно часто мысли приходят перед сном. Или накручиваю себя по той или иной рабочей ситуации, не понятно зачем. Слишком увлекающаяся натура. И вот когда приближается точка кипения, наступает «бум». Мозг решает перезагрузить систему, а самый действенный способ избавиться от ненужных переживаний и страхов — заменить их другими, более сильными и значимыми. Что — что, а расставлять приоритеты меня жизнь научила.
Тихонько приземляюсь рядом с Егором, аккуратно обнимаю его со спины. Он тут же реагирует — поворачивается, закидывает на меня ногу, находит руку своей, и начинает гладить. Скажите тяжело уснуть, когда тебя по одному месту поглаживают? Нет, я усну, за милую душу. Хотя пару лет назад, это была одной из причин, почему он стал спать отдельно, его поглаживания, зачастую переходят в почесывания, да такие яростные, что и кожа может слезть. Но сейчас — то что надо.
— Ты опять грозы испугалась? — слышу над ухом довольный голос сыну, ну точно, горд собой. Когда первый раз он обнаружил меня утром в своей постели, шел дождь, и он решил: мама боится! Я причин для переубеждения не нашла, — Доброе утро, мам, — Гор целует в щеку и обнимает за шею. За это нежное ощущение я готова душу продать.
— Да, заюшкин. Опять испугала, — обнимаю в ответ, — Доброе утро, мой спокойный сон.
— Всегда приходи! Можешь и светильник включать, если очень страшно. Или меня разбуди.
Где вот я найду такого заботливого мужчину, особенно если не ищу.
— Достаточно тебя обнять, и засыпаю без страха, родной. Поразительно действуешь.
— Арина тоже говорит, что со мной не страшно, — не часто он бывает таким довольным с утра.
— Видишь, вдвоем с Аришей мы точно не можем ошибаться. Это значит — ты надежный.
— Надежный…, - Егор задумывается, будто прикидывает, хочется ли ему быть этим самым надежным.
— Одно из самых главных качеств мужчины, — подмигиваю сыну, поднимаясь с кровати, — Что будем на завтрак?
— Давай кашу, надо же еще и сильным быть, — ну точно что — то прикидывает себе там.
Сегодня суббота, но мне надо на работу, и хотя Аня может побыть с обоими детьми дома, Гор напрашивается со мной. Я прекрасно знаю, что проторчать там придется, как минимум на пару часов дольше, как не крути — ребенок не сидит на месте, даже если старается. Но отказать не могу, тем более после сегодняшней ночи, да и просто не часто имею возможность побыть с ребенком.