— Приду раньше всех, обещаю.
— Так все уйдут пораньше, тихонько. Потом из дома ехать. А тебе только дорогу перейти.
— Работай уже, акцизы не ждут, — бросаю взгляд на огромные стопки сшитых документов на ее столе, — Так увлекательно, что я даже завидую. Но себе не заберу, — быстро добавляю. На что Таня смеется.
В обед Таня отключила наши телефоны и выключила свет, благо запереть дверь я не дала. Теперь девочки, выцыганили мою цепочку и развлекаются, гадая какое количество детей их ждет. Странное развлечение, на мой взгляд, учитывая, что у Тани их трое, у Юли двое, и обе утверждают, что больше не хотят.
— Ийка, давай руку, — тянется ко мне Юля.
Я же свою одергиваю, да сейчас.
— Ха. Мне одного за глаза. Сейчас нагадаешь, я потом спать не смогу.
— Да не ломайся, шутим же, — Юля берет мою ладонь, производит непонятные для меня действа и цепочка с утяжелением движется из стороны в сторону и замирает. У них же описывала разные фигуры. Девочки переглядываются.
— Давай еще раз, — командует Таня. Я пока наблюдаю.
— Ну как так, — возмущенно произносит Юля, — Ей же нужен еще хоть один ребенок, — обращается к Тане, та же в ответ кивает.
— Очень интересно, — усмехаюсь, — Очень неясно.
— У нас показало все правильно, у меня две девочки, у Тани девочка и мальчик. А у тебя один мальчик, и всё. Но так быть не должно. Так, надо найти тебе мужа, а потом еще раз проверить, — выносит она вердикт.
— Ну если надо…, - почему — то звучит очень смешно, говорят ведь с серьезными лицами, — Как найдете, зовите, где меня найти вы знаете.
— Ты чего ржешь, Егору одному скучно!
— Ну вы и спрятались, найти вас не можем, — к нам заходит Олеся.
— Так мы у себя, — отмахивается Таня, — Обед, — машет на телефон.
— К Ие пришли, — Олеся отходит в сторону, пропуская в кабинет молодого человека, с корзиной в руках. Монитор Юли мне закрывает обзор, но я и так понимаю, что там принесли.
— Телия Ия? — интересуется парень, и видя, что я киваю, протягивает мне бумаги, прося расписаться.
— Не хотели пропускать. Охрана сегодня противная. Я разве донесу сама такую тяжелую, — взмахивает, — Я же девушка слабая, — да, Ия, ты то до дома донесешь.
Рассматриваю корзину, с одной стороны очаровательный букет роз и эустом, с другой аккуратно запакован набор с клубникой, малиной, ежевикой и персиками. Интерес к тому, от кого это возрастает. Хотелось бы знать от кого, понимаю, что подарки не от всех могу принять.
— И это не знаешь от кого? — Олеся лукаво прищуривается, — Ты от нас кого — то скрываешь, это точно.
— Самой интересно, — не прекращаю рассматривать содержимое. Должна же быть открытка.
— Июш, что — то случилось? — Олеся наклоняется ближе и вглядывается мне в глаза, я же не понимаю, поэтому молчу, сделав удивленный вид.
— Ты какая — то загруженная, то — ли грустная, то — ли равнодушная. Я бы до потолка прыгала. А ты вот сидишь. Он тебя обидел? Извиняется?
Опять двадцать пять. Надо больше эмоций отражать, а я не умею, или не хочу. Слишком много, тоже плохо.
— Лисюш, со мной все в порядке, я просто, правда, не знаю, а это — провожу рукой напротив лица, — Стандартные настройки, ничего не поделать, — то что я очень устала, никому знать не надо.
Как и обещала девчонкам, пришла раньше всех. Теперь сижу и жду всех за зарезервированным мною с утра столиком. Атмосфера приятная, поэтому думаю я не о работе, а о том, как вчера был доволен подарком Егор. Ужин у нас проходил в его кровати с тарелкой ягод, и при участии щенячьего патруля. Мысли контролирую, потому что стоит только расслабиться, и я уже думаю не о том, как было вкусно, а о том кто это подарил. О том, кого я бы хотела видеть в качестве дарителя. Я настолько увлеклась мыслями, что даже не заметила, что ко мне подошли, и только подняв голову и уже открывая рот, поняла, что его лучше захлопнуть. Хотела? Смотри.
— Добрый вечер, Ия Игоревна, — напротив меня усаживается никто иной, как Гайворонский.
— Здравствуйте, Макар Владимирович, — надеюсь, по мне незаметна моя неоднозначная реакция. Взрослая девочка, а мозгов все так же.
— Вы и одна удивительно, — отчетливо слышу в его голосе иронию, но причины для нее не вижу.
— Скоро коллеги должны подойти, — Ия не нервничай.
Гайворонский качает головой, мол да — да, понимаю. Но сидеть продолжает, и уходить явно не собирается.
— Макар Викторович, если Вы по ДЭПУ, то… — Гайворонский делает знак рукой и я замолкаю.
— Ия, абсолютно не интересно, что там с выездной. Я тут не из — за этого.