— Может, мне ночник включить? — усмехнулся он. — А то в темноте исследования проводить неудобно.
Кажется, девушка не услышала. Молчала и смотрела, закусив губу, а потом… протянула к Александру руку.
И стало совсем не до смеха.
Удивительное ощущение — когда тебя одновременно разрывает пополам от страха и от страсти. А ведь эти два слова даже похоже начинаются… Но означают вроде бы совсем разное, однако, как выяснилось, дополняющее друг друга. Получался причудливый коктейль, от которого я дрожала, чувствуя, как одновременно учащается и дыхание, и сердцебиение.
И не только у меня. Хотя, я уверена, Саша не боялся так, как я. Волновался — да, может быть. Но нетерпения и желания в нём было гораздо больше.
Да, сейчас, в полумраке незнакомой спальни, мне было гораздо проще называть его Сашей. Ну какой «Александр», тем более — «Александр Андреевич», если в какой-то момент я поняла, что способна только стонать? Протяжно простонать: «Са-а-аша!» — я ещё могла, но ни о каких полных именах речь точно больше не шла.
Я чувствовала себя оголённым проводом — дотронься, и шибанёт током так, что в голове помутится. Только шибало не одного Бесова, а нас обоих, но при этом и остановиться было невозможно, немыслимо, нереально…
И если от Александра я чего-то подобного и ожидала — конечно, я понимала, что он не станет сдерживаться и потрогает меня везде и всюду, и расцелует, и полижет… Да-да, и это тоже, конечно! То от себя я не ждала подобной раскрепощённости, особенно учитывая страх. И, протягивая ладонь к Саше, хмелея от собственной наглости, я ощущала себя человеком, который хочет погладить тигра.
Тигр оказался очень горячим. А местами ещё и настолько твёрдым, что я дурела и глупо улыбалась, слушая его стоны и понимая — ему нравится. Нравится, несмотря на то, что я совсем ничего не умею, по крайней мере на практике. В теории-то мы все сейчас продвинутые.
Но мои скудные познания оказались не в силах соперничать с реальной жизнью. Потому что в тех невеликих фантазиях, которые порой посещали и меня, не хватало тактильных ощущений, звуков, запахов. А это, как выяснилось, главное.
Вкус его губ. Тяжесть его ладоней на моих бёдрах. Его движения, с одной стороны, нежные, но с другой — стремительные и порой жёсткие, жадные… Горячее дыхание и шёпот возле уха:
— Ариша…
То, как Саша произносил моё имя, тоже почему-то было особенным. От этого бурлило в крови, и внутри меня поднималась такая сильная волна восторга и какой-то абсолютной, безудержной любви, что я не сомневалась — будь я не человеком, а океаном, затопила бы всю планету.
Реальность возвращалась ко мне медленно — вместе с нежными поцелуями и бережными прикосновениями. Однако абсолютная расслабленность уступила место неловкости, когда я поняла, что лежу на мокром.
— Извини, пожалуйста, я не думала, что будет столько крови… — начала было я, пытаясь сесть, но Саша тут же уложил меня обратно на подушку и грозно навис надо мной.
— Арин, даже не вздумай договаривать, — строгий тон мог бы напугать, если бы не нежность и забота, с которыми Александр смотрел мне в глаза. — Ты же не думаешь, что я стану закатывать истерику из-за испачканных простыней? Это мне нужно просить прощения. — Лёгкий поцелуй в плечо едва не заставил меня мурчать, словно кошка. — Было очень больно?
— Ну… я совру, если скажу, что вообще не было, но… мне понравилось. Особенно в начале, когда ты довёл меня до… ну… до этого… Эй, не смейся! — Я попыталась достать до его рёбер, чтобы коварно защекотать, но была перехвачена на подлёте к цели.
— Рад, что тебе понравился оргазм. — Нежный поцелуй коснулся моих губ. — Обещаю начать с него и в следующий раз.
Тут я оживилась:
— А когда у нас следующий раз?
— Не раньше завтрашнего утра, — с этими словами Бесов встал с кровати и аккуратно потянул меня за собой. — Но, прежде чем я сменю постельное бельё, пойдём отмываться сами.
Лёжа спустя полчаса на перестеленной кровати в обнимку с мужчиной своей мечты, я засыпала уставшая и совершенно счастливая.
— Да быть такого не может!
Соседка уже минут пятнадцать сидела, позабыв и про завтрашнюю контрольную, и про остывший чай, который самолично налила себе в начале беседы.
— Я тоже так думала, но, как видишь, может.
Разумеется, от Риты нереально было что-то утаить. Сначала я, конечно, раздумывала над тем, стоит ли рассказывать ей про истинное положение вещей или начинать придумывать заковыристую легенду про очередную внеплановую поездку домой? Но потом сама себя одёрнула — мы с Бесовым уже взрослые люди и не сделали ничего плохого, а Рита — моя подруга. Уж с кем встречаюсь, я могу ей сказать.
— Ну я же говорила, что мы тебя почти пристроили! — Рита едва руки не потирала, когда я в общих чертах обрисовала, что теперь у меня есть личная жизнь. — Хорошо, что Настя оставила здесь фату и туфли. И как удачно, что у вас один размер ноги!
— Рит, даже думать забудь, — погрозила я этой фантазёрке пальцем, невольно засмеявшись. — Какая свадьба, мы встречаемся два дня!
