— Не ругай её, она просто за него перепугалась! Он с вчерашнего дня стал выть на мою фотку… Наверное чувствовал, что у меня сердце было не на месте, — залепетала Вьюгина, пытливо глядя ему в глаза.
— А сейчас?
— Что сейчас?
— Твоё сердце на месте?
— Да, — кивнула Снежана, вновь касаясь его губ. — И оно в надёжных руках.
***
На линейке в честь закрытия второй смены они стояли рядом друг с другом, Снежка в начале своего двадцать четвертого отряда, а Егор в конце своего двадцать третьего. И галстуки, повязанные у них на шее, сияли так ярко, прямо под стать ясному синему небу.
Егор с каким-то необъяснимым трепетом смотрел, как старшие вожатые по команде Ломашова медленно спускают флаг лагеря. С ума сойти, как быстро пролетело время! А ведь ещё месяц назад он с нетерпением ожидал этого момента — дотянуть до конца смены, получить эту чёртову грамоту, и свалить, раз и навсегда распрощавшись с вожатскими буднями. Только вот сейчас на него накатила какая-то светлая грусть. И уезжать совсем не хотелось… Мда, потрясающе. Он, сам того не замечая, неожиданно вступил в ряды сентиментальных идиотов. Ещё не хватало прослезиться, как Снежка, которая расчувствовалась, напевая лагерный гимн.
Вот и закончилась вторая смена, которая оказалась настолько насыщенной на события, будто за один месяц пролетела маленькая жизнь. Да, этот их легендарный второй заезд руководство точно запомнит надолго. А уж Егор тем более. И за это спасибо ей — самой лучшей девушке на свете, синие глаза которой светили сейчас точно два драгоценных камня. Егор в очередной раз не смог скрыть своего восхищённого взгляда при виде Снежки — даже такой дурацкий аксессуар, как синий платок, который их заставили повязывать в виде галстука, ей безумно шёл. И красиво оттенял её цветочные глаза.
Кстати, о цветах, давненько он не катался к озёрам за её любимыми незабудками. Надо будет в третьей смене исправить это досадное недоразумение…
Музыка неожиданно стихла, и Егор с удивлением обнаружил, что всем детям уже вручили грамоты за активное участие в жизни лагеря. А значит, пришла пора награждать самых активных вожатых.
Теплов нашёл руку и Снежаны и аккуратно сжал её пальчики, которые слегка дрожали от волнения.
Снежка призналась вчера ночью, что уже не надеется получить эту грамоту. Да и в Москву ей больше не хочется после того, как Егор помог ей расплатиться с кредитами.
— Просто буду учиться, иногда брать переводы или займусь репетиторством, — поделилась Снежана своими мыслями, — Но без фанатизма, чтобы было время на отдых, на занятия танцами…
— Э-э, а я? — в шутку надулся Егор. — А на меня тебе время не надо?
— И конечно же, чтобы было время на своего любимого парня, — добавила Снежана, нежно чмокнув его в щёку. — А там может потихоньку начну готовиться к поступлению на юридический. У нас на базе универа есть правовая школа…
— Значит, ты всерьёз думаешь связать свою жизнь с юриспруденцией? — усмехнулся Егор. Будешь сажать за решётку таких идиотов, как я?
— Таких идиотов, каким ты был когда-то, — поправила его Вьюгина. — Сейчас ты не такой.
— Хм, приятно слышать.
— И вообще… я думаю, что ни прокурора, ни судьи из меня не выйдет. Ну не тот у меня характер для таких должностей… — призналась девушка. — Но вот адвокат из меня вполне может получиться. Хотя правовая школа уже многое покажет, стоит ли мне вообще в это во всё ввязываться.
— Кстати да. Помогать и защищать — это прям твоё, — согласился Егор.
Водянова толкнула небольшую речь о важности работы вожатого и приступила к награждению, неожиданно начав со старших дружин.
Держат интригу до последнего, усмехнулся Егор. А потом зааплодировал вместе со всеми, когда Водяной вызвала для вручения грамоты Сабирова.
Вчера Егору все-таки пришлось серьёзно поговорить с Маратом по просьбе Снежки. Да он и сам хотел всё прояснить с Сабировым. Так сказать, расставить все точки над «i» после того случая на вечеринке. Да и Снежке это было очень важно. И никуда из своей жизни выкидывать Сабирова она не собиралась. И Теплову это пришлось принять.
— Он мой друг, — тихо сказала она, — И всегда им будет.
Егор был слишком счастлив в тот момент, чтобы с ней спорить. Да и зачем? Ведь он полностью доверял своей девушке — Снежка выбрала именно его, и она его любит. А со всем остальным он разберётся. Да и Марат на самом деле был неплохой парень. Он чётко дал понять Егору, что ни на что не претендует и готов довольствоваться ролью друга. А ещё взял с него слово, что Егор больше никогда не обидит Снежку.
Топор войны был зарыт крепким мужским рукопожатием.
Теплов, конечно, понимал, что вернуть былую легкость в общении с Маратом у них вряд ли получится. Но по крайней мере, у них не будет напряга на совместных тусовках, чего так боялась Снежка.
